Сегодня был особенный день — юбилей тёти Тамары, моей любимой тёти. Пятьдесят пять лет — солидная дата, и праздновали мы с размахом в уютном ресторанчике на набережной Невы. Народу собралось — не счесть: родня, друзья, коллеги по работе. Все шумели, смеялись, поднимали бокалы за виновницу торжества, осыпали её розами и тёплыми словами. Дядя Витя, её муж, преподнёс тёте потрясающий подарок — изысканное золотое кольцо с сапфиром. От такой красоты у неё даже дыхание перехватило.
Ведущий, улыбаясь во весь рот, объявил:
— А сейчас нашу юбиляршу хочет поздравить её невестка!
К микрофону подошла Раиса — высокая, с горделивой осанкой.
— Дорогая Тамара Ивановна, — начала она пафосным тоном, — от нашей семьи я приготовила для вас особенный сюрприз!
Гости зашептались, ожидая чего-то необычного. Тётя встала, сияя от радости, но даже не догадывалась, что за «подарок» ей уготовила невестка.
Раиса никогда не ладила ни с родителями моего двоюродного брата Сергея, ни с его старшей сестрой Ольгой. Казалось бы, банальная история про трения со свёкрами, но здесь вся проблема была именно в ней самой.
Серёжа с детства был тихим, ведомым. В школе он всегда плыл по течению. Если пацаны звали играть в футбол — шёл, даже если хотел посидеть с книжкой. Если подначивали съязвить в сторону одноклассницы Иры — краснел, но повторял, хотя сам в неё тайно влюбился.
Так было всегда. Сергей редко решал что-то сам, словно боялся собственной тени. Ольга откровенно называла брата тряпкой. Тётя Тома, хоть и ругала её за резкость, в душе соглашалась. Откуда у одних родителей такие разные дети? Серёжу растили не хуже — не нянчились, не бежали разбираться из-за каждой царапины, приучали к самостоятельности.
Дядя Витя водил его в спортзал, тётя читала вместе классику. Но характер, видно, всё равно закладывается природой. Тётя не хотела ломать сына, и семья смирилась с тем, какой он есть.
Когда Сергей привёл Раису домой, никто не удивился. Спокойная, добрая девушка вряд ли обратила бы на него внимание. Ему, похоже, требовалась «крепкая рука», которая поведёт по жизни. И Раиса стала этой рукой — жёсткой, безапелляционной, порой откровенно грубой. Её манера говорить свысока и командный тон многих отталкивали, но не Сергея. Он смотрел на неё с благоговением, исполняя любой каприз, как преданный пёс.
Родные не вмешивались. Видели, что Сергей счастлив — и ладно. Когда он сделал предложение, все восприняли это как должное. В конце концов, не им с ней жить.
— Мы с Раисой копим на Сочи, — хвастался Сергей за семейным ужином.
— А она не хочет помочь? — осторожно поинтересовалась тётя, верящая, что в семье всё должно быть общим.
— Я мужик, мне и карты в руки, — ответил Сергей, явно цитируя жену.
Потом Раиса решила взять ипотеку, хотя денег едва хватало на жизнь. Потом заявила, что пора рожать.
— Хотим троих, — делился Сергей. — Чтобы в доме всегда был смех!
— А содержать на что? — фыркнула Ольга.
— Я работаю, — обиделся брат. — Раиса говорит, ещё пособия будут.
Родители только вздыхали.
Когда Раиса забеременела, она вела себя так, будто весь мир ей должен. Возмущалась, что курьер не поднялся на пятый этаж:
— Я же беременная!
— Пакет тяжёлый? — поинтересовалась тётя.
— Да нет, но мне же спускаться!
Она перестала ездить на метро, и в их бюджет влезли бесконечные такси. Готовить, убирать — всё стало «неподъёмным». Сергей только твердил:
— Я её берегу. Она носит моего ребёнка.
Когда родился малыш, запросы Раисы выросли. Она считала, что бабушки обязаны сидеть с внуком. Тётя любила возиться с ребёнком, но её бесило, что невестка не просила, а требовала помощи.
Год спустя Раиса снова забеременела. Сергей работал на износ, но денег всё равно не хватало. Родители иногда переводили немного на памперсы, но не баловали — знали, что Раису нельзя приучать к халяве.
С годами её наглость перешла все границы. Она ругалась с воспитательницей в садике, с врачом в поликлинике, даже с соседкой, чью дверь перегораживала коляска. Все вокруг были виноваты в том, что не кланялись ей, «матери-героине».
А Сергей молчал. Она вела бюджет, принимала решения, диктовала ему мнение.
На юбилее тёти царила тёплая атмосфера. Дядя подарил ей не только кольцо, но и новый диван — старый уже разваливался. Конечно, приехали и Сергей с Раисой, их два сына.
— Остатки еды нам отдадите, — сразу заявила Раиса. — Мне с детьми некогда готовить.
Тётя, не желая ссоры, кивнула:
— Хорошо, Рая, упакую.
Полвечера Раиса ныла о тяжкой доле. Гости косили глаза, пока ведущий не перевёл тему. Невестка надулась — она обожала быть в центре внимания, даже на чужом празднике.
Когда речь зашла о подарках, Раиса, уже навеселе, вдруг рявкнула:
— И не стыдно?!
Все замерли.
— Что? — улыбнулась тётя.
— Диваны, кольца, стол ломится! А ваши внуки фрукты раз в месяц видят!
Повисла тяжёлая пауза. Но Ольга не выдержала:
— Ты совсем крыша поехала? Рожай, если можешь прокормить!
— Не твоё дело! — огрызнулась Раиса.
— А ты в кошелёк родителей не лезь! Они и так вам помогают!
Тётя молчала. Дядя хотел встрять, но она остановила его взглядом.
И тут случилось неожиданное. Сергей, всегда молчавший, вдруг сказал:
— Раиса, хватит.
— Что?! — взвизгнула она.
— Я многое терпел. Но оскорблять моих родителей, особенно в мамин праздник, не позволю.
— Ах так?! — Раиса схватила детей. — Тогда живи с ними!
Все ждали, что он побежит за ней. Но Сергей остался на месте.
— Устал, — тихо сказал он. — Хватит.
Тётя смотрела на сына с гордостью.
Ещё больше все удивились, когда он подал на развод. РаисаОна кричала, что он пожалеет, но впервые за много лет Сергей стоял на своём.