Ну вот и всё… или только начало
Замуж Марина выходила с лёгким сердцем — кто же знал, что её избранника Дениса уже давно держит в цепях пагубная страсть. Их знакомство было стремительным, словно вихрь: закружило, увлекло, и уже через две недели он, с перегаром и смутной улыбкой, спросил у неё, опираясь о дверной косяк:
— Мариш, а поженимся?
— Ты, кажется, под мухой? — вырвалось у неё скорее с удивлением, чем с упрёком. Всё-таки замуж хотелось — у подруг уже давно кольца на пальцах блестели.
— Да так, чуть-чуть, — рассмеялся Денис, — ну а как иначе? Свадьба же!
— Ладно, согласна, но с одним условием: выпивка — только по праздникам, — твёрдо сказала Марина.
— Ну так у меня сейчас как раз праздник! — парировал он.
Молодая, доверчивая, влюблённая — Марина не подозревала, что отец Дениса пил годами. И сын уже давно шёл по его стопам, хоть мать, Галина Степановна, и ворчала:
— Сам спился, так ещё и сына калечишь!
— Пусть мужиком растёт! — отмахивался отец, подливая сыну за обедом.
После свадьбы они поселились в маленькой однушке, доставшейся Марине от бабушки. Сначала всё шло сносно: Денис работал, домой являлся регулярно, хотя и не всегда трезвым. На каждый случай находил оправдание:
— У Кольки рождение дочки — как не выпить? У Серёги юбилей, ну я пару тостов сказал… А дядя Витя на даче угощал — куда деваться?
Потом родился сын — Алёшка. Но отцовство Дениса не изменило: домой он приходил всё реже, к ребёнку не подходил.
— Почему с сыном не общаешься? — с упрёком спрашивала Марина.
— Сам знаешь: не дыши на него перегаром. Вот и держусь подальше, — отмахивался он.
— Да брось ты пить! — слёзы катились по её щекам. — Сколько можно?
Прошло восемь лет. Алкоголь стал частью жизни Дениса. Работу он терял одну за другой. Марина тянула всё сама, благо Галина Степановна помогала — то внуку обновку купит, то деньгами подсобит.
— Марина — золото, — вздыхала Галина в разговоре с сестрой. — А сын… как будто подменили.
Денис стал тенью себя прежнего: осунувшийся, беззубый, безразличный. Ни любви, ни тепла — ничего не осталось.
— Бросай его, — твердили все — подруги, коллеги, даже соседки.
Но Марина жалела мужа. Как бродячего пса. До тех пор, пока не поняла: Алёшка растёт, смотрит, впитывает, и всё чаще старается не возвращаться домой, где пахнет бедой.
Тогда она сказала свекрови:
— Галина Степановна, я больше не могу. Подаю на развод.
— Может, его в больницу? — тихо пробормотала та. — Может, ещё поправится?
— Сколько вы его «поправляли»? — горько усмехнулась Марина. — Хочу, чтобы сын вырос другим. Пусть лучше без отца, чем с таким.
Галина Степановна лишь вздохнула:
— Ну куда ж он денется… Конечно, к нам. Вот только что из этого выйдет…
Но была ещё одна причина. Марину давно тянуло к коллеге — Егору. Он недавно перевёлся в их отдел: подтянутый, с тёмными волосами, пронзительным взглядом и необычной для нынешних времён галантностью. Разведён, без скандалов, переехал в город к матери. Женщины в офисе — кто шёпотом, кто открыто — за ним заглядывались, но Егор держался на расстоянии.
Когда Марина подала на развод, Денис даже бровью не повёл. Собрал вещи, короткий разговор — и ушёл. К родителям.
А через две недели Егор задержал её после работы:
— Марина, не хочешь кофе? Просто поболтаем.
Она кивнула, щёки вспыхнули. В кафе, между смехом и серьёзными разговорами, вдруг прозвучало:
— Я сразу понял — ты не просто коллега. Ты — моя.
С той минуты всё изменилось. Да, в офисе шептались. Особенно Ира:
— Ну надо же, наша тихоня Егора увела… А я тут старалась…
Марина лишь пожимала плечами. Какие могли быть объяснения?
Вскоре Егор сделал ей предложение. Простое колечко, твёрдый взгляд — и сердце забилось с новой силой.
В субботу она позвала свекровь. В доме пахло пирогами, на столе дымился чай.
— У меня новость, — начала Марина, сердце колотилось. — Я выхожу замуж. За Егора.
Галина Степановна замерла. А потом… обняла её, плача:
— Ну слава Богу… Дочка, ты счастье заслужила. Я помогу со свадьбой. Сделаем её на славу!
Они сидели за столом, обсуждая платье, гостей, цветы. И Марина чувствовала: перед ней не просто бывшая свекровь — а настоящая подруга. А у Галины Степановны появилась дочь, которую не родила, но всем сердцем приняла.