Витяный дед: как внук вернул бабуле радость жизни
Лариса и Павел отправились с сыном Витькой в деревню — проведать маму Ларисы и оставить мальчишку у бабушки на каникулы. По пути затарились продуктами: сервелат, любимый мамин медовик — всё, как она любит. Но Тамара Петровна встретила их без особого энтузиазма. За столом — только чай, без угощений. Хоть холодильник забили до отказа, она даже не притронулась к еде. Выглядела уставшей — сразу плюхнулась на диван.
На улице капель — солнце топит последний снег. Весна. Лариса стояла у окна и щурилась от яркого света. «Хорошо-то как!» — подумала она, вспоминая отца, которого не стало пару лет назад. Он всегда радовался весне: «Ну вот, ещё одну зиму пережили!» Его смех, шутки, тёплые объятия… А мать — хоть и ворчливая, но живая, умела улыбаться сквозь бурчание. Любили они друг крепко. А теперь Тамара будто потухла. После смерти мужа — словно потеряла себя.
Позвонила сестра Лида. В голосе тревога:
— Лариска, мать совсем расклеилась. Говорит, что жить устала. Всё ей не в радость — к отцу хочет…
— Мы с Пашкой приедем в выходные, обязательно, — пообещала Лариса. Но сердце сжалось. Может, и правда забрать её к себе? Одна она не справляется…
Да и дома дел хватает. Старшая дочь Катя — боевая, с отцом постоянно спорят, заявила, что в восемнадцать — сбежит. Надоело, мол, «управление». А младший Витька — в телефоне как приклеенный.
— Поедем к матери, и Витьку заберём. Пусть отдохнёт от экрана, — предложил Павел.
Витька закатил глаза:
— Ну и что я там делать буду?!
— Отдохнёшь! — отрезала Катя. — Да и мы от тебя заодно…
В выходные, с пакетами, полными вкусняшек, они рванули в деревню. Мать вышла их встретить, но выглядела блёкло. Павел подмигнул Ларисе — «прикидывается». Но всё же она казалась измотанной, от еды опять отказалась, только чай. Когда Лариса спросила, можно ли оставить Витьку, Тамара махнула рукой: «Оставляй».
Витька, надув губы, остался. Бабушка ушла в комнату и… разрыдалась. А потом вспомнила, как познакомилась с Иваном. Как он, неуклюжий и застенчивый, робко подходил. Как сваха их свела… Всё это было весной. И сейчас — весна. А его нет…
Вдруг — крик. Бабушка вскочила. Витька! Палец прищемил. Стоит, злой и несчастный.
— Ты чего такой сердитый, Вить? Голодный, что ли? — ласково спросила она.
— От их еды у меня живот крутит… Не буду, — буркнул он. — Ты бы лучше сварила свою молочную лапшу. Ну ту, сладкую, с маслом…
У бабушки сердце ёкнуло. Ваня тоже любил эту лапшу. Просил, когда грустно было. И бабушка, кряхтя, поднялась.
— Только ешь со мной, ладно? Мне скучно, — добавил Витька.
Так они и зажили вдвоём. Лариса звонила каждый день. Сначала бабушка отвечала сухо. Потом начала жаловаться:
— Никак не научу ноги вытирать! Всё орёт — живот болит. А я его лечу: конфеты убрала — сразу как рукой сняло. И грязь перестал в дом таскать. Умнеет потихоньку!
Павел смеялся:
— Ну и отлично! Теперь есть кому нервы трепать — жизнь заиграла!
Через неделю родители приехали за сыном. А он — не хочет уезжать! Бабушка едва слёзы сдерживает.
— Вылитый Иван… И упрямый, и ласковый, и хитрец!
— Не плачь, бабуля. Скоро приеду, — серьёзно пообещал Витька.
— Жду тебя, Вить. У нас дел — выше крыши! И картошку сажать, и забор красить, и всё на свете. Ты же мне поможешь?
— Всё сделаю, бабуль. Честное слово!
Тамара улыбнулась сквозь слёзы.
— Он мне теперь будет звонить, так что верните ему телефон! — строго сказала она родителям.
— Ну ты даёшь, как их сдружил! — дома рассмеялась Лариса мужу.
— Клином клин! Наш Витька — кого угодно расшевелит. Даже мать с дивана поднял. А она уже и в тот свет собиралась…
Теперь у неё снова есть ради кого жить. Ведь Витька — вылитый дед. А бабушка умеет воспитывать. Вот какую жену мне вырастила! — добавил Павел.
И они рассмеялись. Жизнь, кажется, снова пошла в гору.