Бабушка с чужими объятиями
На кухне пахло котлетами, когда распахнулась дверь — домой вернулись дочки Анастасии. Они гостили у бабушки и должны были радоваться. Но вместо счастья на лицах Светы и Тани читалась обида.
— Мама, бабушка нас не любит! — хором сказали они.
Анастасия вышла в коридор, вытирая руки о фартук.
— Почему вы так решили?
Девочки переглянулись, и Света начала рассказывать. Бабушка разрешала Денису и Алине — детям тёти — носиться, кричать и есть сколько угодно сладкого. А им — ни шума, ни конфет, ни даже кусочка шоколадки. Даже провожала их до трамвая, а им просто захлопнула дверь перед носом.
Анастасия замерла. Она знала, что её свекровь, Галина Степановна, была строгой, но не думала, что всё зайдёт так далеко.
Отношения с ней всегда были сдержанными: не тёплые, но и не враждебные. Всё изменилось, когда у сестры мужа, Антонины, родились дети. Тогда бабушка просто потеряла голову от любви. Вечно рассказывала, какие они умницы, как похожи на мать.
Когда у Анастасии с мужем, Сергеем, родились двойняшки, Галина Степановна лишь фыркнула:
— Двое сразу? Ну вы даёте… Я с двумя не справлюсь.
— Мы и не просим, — резко ответил Сергей.
— Вот бы лучше Тоне помочь… У неё же двое с разницей в год…
— А у нас что, не дети? — не выдержала Анастасия.
— Брат должен сестре помогать, — холодно бросила свекровь.
Так Анастасия поняла, что помощи ждать не стоит. Хорошо хоть её мама была рядом, ездила через весь Москву, помогала, чем могла.
Галина Степановна же не уставала восхищаться Денисом и Алиной, при каждом случае повторяя: «Вот какие внуки у меня от дочки!»
А про детей сына… Если и спрашивала — отмахивалась: «Живут как-то…»
Со временем это заметили даже соседи. Когда однажды Галина Степановна в сердцах ляпнула: «А кто знает, мои ли это внучки, хоть и на сына записаны…», — эти слова донесли до Сергея. Он взбесился. Примчался к матери, требуя объяснений. Та оправдывалась, но ненадолго её хватило.
Раз за разом, приезжая к ней, Анастасия с мужем уезжали с тяжёлым камнем на душе. Вечные упрёки: девочки шумят, едят сладкое без спроса, бабушке плохо — давление. И тут же — сравнение с «идеальными» внуками.
Когда Денис и Алина уезжали, бабушка провожала их до самого метро, суя им подарки, а Свету и Таню отправила через пустырь, где рыскали стаи собак. Шестилетних. Одних. Без предупреждения. Это стало последней каплей.
Сергей позвонил матери.
— Тебе плохо?
— С чего ты взял?
— Тогда зачем ты отправила детей одних? Там же пустырь, собаки!
— Самостоятельность надо прививать с детства.
— Им по шесть лет! Ты детей Тони однажды не отпускаешь дальше лавочки!
— А ты что, упрекать меня решил?! Это всё твоя жена…
И бросила трубку.
Прошли годы. Девочки выросли, уже семиклассницы. Галина Степановна слегла. Вспомнила про «запасных» внучек. Позвонила сыну:
— Пусть Света и Таня приедут, квартиру приберут. Что за дети — бабушке не помогают.
— А ты вспомни, почему они к тебе не ездят, — спокойно ответил Сергей. — Есть у тебя любимые внуки — вот с ними и разбирайся.
Разъярённая, Галина Степановна набрала Анастасию:
— Ты обязана! Я ведь их бабушка!
— А вы давно себя так не называли. У вас есть дочка и «правильные» внуки. Вот и зовите их.
Алина отказалась: «Контрольные на носу, бабуля». Денис заявил: «Я не уборщик». Галина Степановна осталась одна, в тишине. Только теперь она поняла, что любовь нельзя делить. Но было уже поздно.