Февральским утром Надежда стояла у окна, наблюдая, как сквозь подтаявший снег проглядывает мокрый асфальт. Погода выдалась хмурой, тихой, и эта тишина давила. Взгляд скользнул по двору, по детской площадке, где раньше она провожала сына в армию, дочь — в школу. Теперь здесь играли чужие дети, жили чужие семьи, будто целый мир стал другим.
— Вот и старость моя подкралась, — прошептала Надежда. — Тихая, одинокая, нежданная.
Огромный обеденный стол в гостиной пустовал. Тот самый, за которым они с Владимиром мечтали по выходным нянчить внуков, варить щи, собирать родных. Но Володя ушёл слишком рано. А внуки… Есть, да далеко.
Анна, дочь, давно уехала в Европу — там карьера, возможности, новая жизнь. Мать не звала. Игорь, младший, хоть и живёт в Москве, но в другом районе — престижном, далёком. Навещает. Иногда. Раз в месяц. На пару часов забирает — чайку попить, с внуками пообщаться. У него близнецы — Миша и Гриша, уже первоклашки.
Сердце Надежды ныло не от возраста, а от пустоты. Она достала старый альбом. Свадебное фото: Владимир — молодой, в белой рубашке, гитара в руках. Ах, как он пел… Как она его любила. Как всё тогда было по-другому — ярко, шумно, счастливо.
Резкий звук уведомления вырвал её из воспоминаний. Социальная сеть. Сообщение от Люды, школьной подруги:
«Надя, привет! Юбилей справляю, наш класс собираю. Приходи!»
Надежда сомневалась. О чём рассказывать? Дом, пенсия, редкие звонки детей. Но решила пойти. Всё-таки повод.
Вечер. Шестеро одноклассников. Тепло, душевно. Людмила Семёновна, та самая Людка, суетится — закуски, тосты, воспоминания. Надежда помогает, улыбается. Вспоминают походы, костры, школьные шалости. И вдруг — звонок в дверь.
— А, Серёжа пришёл! — обрадовалась Людмила и поспешила открыть.
В комнату вошёл мужчина — статный, с благородной сединой, усами. Поздоровался, пожал руки и, улыбнувшись, обратился к Надежде:
— Привет, Наденька! Сколько лет, сколько зим!
Она растерялась. Не узнала. И только через мгновение — осенило.
— Да это же ты, Серёга! Мы же с первого класса за одной партой сидели!
Надежда рассмеялась. Вспомнила. Маленький озорник, с которым учительница просила не сажать. А он — на всю жизнь запомнился. Теперь перед ней стоял другой человек — спокойный, добрый, с тёплым взглядом.
Говорили весь вечер. Он рассказал, что жил в Питере, преподавал, потом развёлся — жена ушла к другому. Сын остался там. А он вернулся — потянуло домой.
Гости стали расходиться. Людка лукаво предложила:
— Надя, останься, помоги убраться.
— Нет, пойду. Недалеко.
— Я провожу, — вдруг сказал Сергей.
И они пошли. Надежда взяла его под руку, шагая по февральскому вечеру, под редкими снежинками, в свете фонарей.
— Зима нынче мягкая, — заметил он.
— Да, — согласилась она, улыбаясь.
— Думал, здесь холодно. А оказывается, нет. Знаешь, почему?
— Почему?
— Потому что ты рядом.
У подъезда они стояли, смеялись, болтали. На душе было легко, будто годы отступили.
Когда Надежда зашла в квартиру, телефон снова пискнул.
«Завтра в кино сходим, Наденька?»
Она прижала телефон к груди и улыбнулась.
Одиночество больше не имело власти над её сердцем.