Разбитая вера: сон о предательстве, которое не забыть
— Ой, Светлана! Здравствуй, родная, — замешкалась свекровь, распахивая дверь. — Мы ж тебя ждали только в четверг.
— Добрый вечер, Галина Сергеевна, — ровно ответила Светлана, обнимая женщину. — На работу вызывают, отпуск сократили… Решила вернуться пораньше.
Мой муж с Данилой у вас?
Свекровь заерзала.
— Артём здесь, а вот Игорь… он поехал провожать свою коллегу, Катю. А вы разве не дозвонились?
Теперь удивление перешло к Светлане.
— Он не брал трубку. А кто такая эта Катя, если не секрет?
— Да так, ничего… — замялась Галина Сергеевна. — Игорь привёз Данилу на выходные, а Катя… просто сидела в машине. Я… ну, пригласила её на чай с ватрушками.
— Ну да, как же не пригласить… А где они сейчас? Давно уехали?
— Часа три назад, — пробормотала свекровь, опустив глаза.
— Замечательно, — холодно бросила Светлана и пошла к сыну.
Внутри всё бурлило, будто самовар перед кипением. Она взяла шестилетнего Данилу, коротко попрощалась и поехала домой. По дороге мальчик оживлённо болтал:
— Мы с папой и тётей Катей ели эскимо, катались на колесе обозрения и были у бабушки. Было классно!
Светлана кивала, но мысли кружились, как метель в декабре. Впервые за девять лет она поехала в отпуск одна — выиграла путёвку в санаторий за выслугу лет. Шанс подлечить здоровье, которое годами губила язва. Игорь тогда сказал:
— Поезжай. Мама поможет, я справлюсь.
Она колебалась, но он уговорил. А теперь её сын рассказывает о кафе с «тётей Катей». Та самая Катя, о которой она даже не слышала, уже каталась с её ребёнком и пила чай с её свекровью.
Глубокой ночью зазвонил телефон.
— Светик, привет… Телефон разрядился, извини… — пробормотал Игорь.
— Привет. Ты где?
— У мамы. С Данилой остались ночевать. Все уже спят…
— Очень любопытно. Странно, что я вот, например, дома. Данила спит в своей кровати, а тебя нет. Ты, случайно, не в чулане?
Голос её звучал ровно, но с дрожью ярости.
Игорь замолчал, а затем резко положил трубку.
Через час он стоял на пороге.
— Не заводи сцену. Всё равно узнала… Да, есть Катя.
— Ты рехнулся? Притащил эту женщину к своей матери? Разрешил моему сыну с ней гулять?!
— Я хотел проверить, подойдёт ли она нам. Моим родителям, Даниле…
Светлану будто ударило током. Это не сон. Это её жизнь.
— Ты… хочешь вписать свою любовницу в семью? Что дальше — познакомишь и со мной?
— Не драматизируй. Я не знал, что ты вернёшься.
Слёзы хлынули ручьём. Не из-за измены. А из-за того, что он говорил об этом, будто о выборе новой мебели.
Он ушёл спать.
Утром Светлана отвезла сына в садик и поехала к свекрови.
— Галина Сергеевна, скажите честно: за что? Чем я вас обидела? Ухаживала за вами после инсульта, закрывала вашу дачу на зиму. Почему вы предали меня?
Женщина отвернулась.
— Извини. До твоего отъезда я ничего не знала. А потом… я не смогла перечить Игорю. Он мой сын…
— А я кто? — прошептала Светлана.
Ответа не было. Она развернулась и ушла.
Вечером Игорь вернулся.
— Думаю, с разводом всё понятно. Обсудим, как делить квартиру.
— Какую квартиру? Ту, что бабушка оставила мне перед свадьбой?
— Но я вложил в неё деньги. Ремонт…
— Деньги были от твоих родителей, не от тебя. Считай, вложились в жильё внука.
Его лицо исказилось.
— Половина — моя!
— Забудь, — твёрдо сказала она. — После всего, что ты натворил, делить нечего.
Игорь закричал, сыпал оскорблениями, выискивал самые колкие слова. Светлана прижалась к стене. Данила проснулся и испуганно выбежал. Это остановило его. При сыне он не посмел продолжать. Ушёл.
Он подал на развод. Квартиру отсудить не удалось.
Прошёл год.
Сын ездил к отцу лишь первые месяцы. Потом перестал — новая жена Игоря, Катя, не приняла мальчика. Со свекровью у них тоже не сложилось.
Светлана решила: пора закончить главу. Она продала квартиру и уехала в Севастополь. Туда, где был тот санаторий. Там она хотела начать всё сначала. И впервые в жизни — только для себя.