Таня всё для себя решила
— Ты почему ещё не одет? — Таня стояла на пороге, едва сдерживая досаду. — Ты забыл, какой сегодня день?
— А что за день? — Игорь даже не поднял глаз от телевизора, лениво листая каналы. — Опять куда-то тащиться?
— Мы должны ехать в роддом! Оля родила, ты же сам слышал. Первая из нашей компании стала мамой. Нам надо её поздравить!
— С чем поздравлять? — мужчина усмехнулся, не переставая щёлкать пультом. — С ночами без сна? С рёвом младенца? С тем, что жизнь больше не твоя? Так себе повод для радости.
— Ты что такое говоришь? Ты же сам мечтал о детях! Говорил, как хочешь, чтобы по квартире топали маленькие ножки. Как хочешь, чтобы детские ручки обнимали тебя за шею. Ты говорил — троих, не меньше! Или это мне почудилось?
— Да, говорил. Но, согласись, это красиво звучит. Женщины такое любят. Вот ты и растаяла, — спокойно ответил Игорь.
Таня молча опустилась на диван. Лицо её застыло от потрясения.
— Не хочу я детей. Что тут такого? Большинство мужиков их не хотят. Ты не думала, что можно пожить для себя? Путешествия, увлечения, свобода… А вы все сразу — дети, семья, подгузники.
— Ты отвезёшь меня? — её голос стал ледяным. Она не смогла скрыть обиду — ведь именно сегодня собиралась сообщить Игорю самую важную новость в своей жизни.
— Без нас не обойдутся? Не хочу я видеть эту сюсюкающую возню и плач. Сходишь потом. Может, и передумаешь рожать.
Не сказав больше ни слова, Таня ушла в спальню. Через пятнадцать минут вышла в строгом, элегантном наряде. Такси уже вызвано — слава Богу, не придётся слушать мрачных рассуждений Игоря.
А она была так близка к счастью… Ещё утром она увидела те самые две полоски на тесте. Хотела преподнести ему эту новость вечером. Но теперь… теперь она не знала, имеет ли он право знать.
Таня всегда стремилась к стабильности. Она начала работать ещё в университете, окончила его с отличием, и теперь у неё была отличная работа, стабильный доход, своя квартира — подарок родителей. Она всё делала правильно. И была готова к ребёнку. Но вот только мужчина, которого она видела отцом своих будущих детей, оказался просто хорошим актёром.
Игорь казался ей зрелым, надёжным, серьёзным. Его возраст, слова, взгляды — всё внушало уверенность. Лишь сегодня он впервые снял маску.
— Я всё для себя решила, — прошептала она в пустоту салона. Таксист, молчаливый пожилой мужчина, повернул голову, оценивающе взглянул на неё и неожиданно сказал на прощание: — Поздравляю.
Таня растерялась. Поблагодарила и побежала к входу. Там, сияя от счастья, стояла Оля с маленьким свёртком в руках. Малыша уже держали в отцовских объятиях. Воздух был пропитан любовью.
— Поздравляю, родная! — Таня обняла подругу. — Как назвали?
— Сергей, в честь папы. Хочу, чтобы ты стала крёстной.
— С радостью, — Таня улыбнулась, но сердце сжалось. Всё, о чём она мечтала, было прямо здесь, перед ней, но не с ней.
— Что-то случилось? — тихо спросила Оля, когда они отошли в сторону.
— Игорь всё это время врал. Он не хочет детей. А говорил — хочет. А самое главное — я беременна. Узнала сегодня. И теперь… теперь мне придётся выбирать.
— Таня, мужики — не редкость. А вот шанс стать мамой — да. Моя сестра, например, не может родить. Она плакала от счастья и боли, когда узнала, что я жду. Ты не должна отказываться от своей мечты.
— Я так и думаю. Если он не передумает — уйду. Мои родители будут счастливы стать бабушкой и дедушкой.
Игорь своего мнения не изменил. Говорил, что дети — это обуза, лишние траты сил, времени и денег. Таня не спорила. Внутри она уже всё решила.
Прошло три года.
— О, Игорь! — бывшая соседка буквально налетела на него в аэропорту. — Поздравляю с рождением сына!
— Вы ошиблись, у меня нет детей, — холодно бросил мужчина.
— Как это? Я видела Таню — с коляской. Малышу месяца четыре. Я, знаешь ли, считать умею.
Игорь побледнел. Он не знал. Или не хотел знать. А теперь… теперь было поздно.
— Где она? Где вы её видели?
— Не скажу. Случайно встретились. А ты, оказывается, из тех… кто своего ребёнка не признал.
Игорь замер. Только теперь начал понимать, что потерял. Но через три года, когда наконец разыскал Таню, было уже поздно. Мальчик называл папой другого. Игорь не мог тягаться. Ни в любви, ни в поступках, ни в сердце.
Финал был предрешён. Таня сделала правильный выбор.