После медового месяца — прозрение и новый виток
Вера и Максим только вернулись из романтического путешествия по тёплому Сочи. Она устроилась на диване поудобнее и крикнула в сторону ванной:
— Ну что, какой киношку смотрим?
— Давай сама выбирай, мне всё равно! — донёсся голос супруга.
Вера щёлкнула его ноутбуком и бегло глянула на залежавшиеся чемоданы в прихожей. «Завтра разберу», — мелькнуло в голове, но тут раздался звонкий оповещающий звук. На экране всплыло сообщение. Она автоматически ткнула в него — и её будто обожгло.
«Скучаю, родной», — писала какая-то Людмила.
«Терпи, скоро увидимся», — отвечал Максим.
Дата — шестое августа. За день до их возвращения. Вера открыла переписку и, едва дыша, пробежалась глазами: «Люда, этот вечер был сказкой…», «Ты сегодня заглянешь?», «Конечно, зайка, я без тебя как без рук…»
Она резко захлопнула крышку. Через пару минут из ванной вышел Максим:
— Ну что, выбрала кино? Может, что-нибудь весёлое?
— О, да… сейчас такое веселье начнётся, — ледяным тоном бросила Вера. — Кто такая Людмила?
Он остолбенел.
— Какая Людмила?.. Я вообще никого не знаю с таким именем!
— Серьёзно? Тогда вот, полюбуйся! — и она швырнула ноутбук ему на колени. — Только с медового месяца вернулись, а ты уже умудрился найти себе развлечение?!
— Погоди… Да это так, ничего серьёзного. На корпоративе перебрал, она сама на шею повесилась… Ерунда всё! Я же тебя люблю!
— Ерунда? Ерунда — это выйти за тебя замуж! — Вера вылетела из квартиры, хлопнув дверью так, что соседи вздрогнули.
В такси она молча смотрела в окно, по щекам катились предательские слёзы. «Неужели это правда?..»
У родительского дома её встретила мама:
— Дочка, что случилось-то?
— Развод. Не буду жить с изменником!
— Тихо, родная… заходи, чайку попьём, успокоишься…
Прошла неделя. Мать уговаривала остаться:
— Да кому ты там нужна в съёмной квартире? Живи с нами.
— Мам, мне тридцать. Мне нужно своё место.
Она два дня носилась по объявлениям. Вчера подала заявление. Максим ещё пытался оправдаться, звонил, заваливал цветами — впустую.
Через месяц Вера уже жила в новом жилье. Две недели — ни слезинки. Ушла в работу с головой, чтобы не думать. Но выходные выдавались тяжёлыми: одиночество накрывало с новой силой.
Однажды вечером она сидела перед телевизором, механически переключая каналы. Мороженое, варенье и полнейшая апатия. Потом — внезапное решение.
— Сколько можно киснуть в четырёх стенах? — сказала себе Вера и вышла на улицу.
В парке было тепло и пустынно. Фонари, силуэты деревьев, редкие парочки… Но скоро стемнело. Вера развернулась, но поняла — заблудилась.
Сзади послышались шаги. Она ускорилась.
— Девушка, простите… — раздалось следом.
Она рванула вперёд, но споткнулась. И тут же чьи-то руки подхватили её.
— Всё в порядке? Не пугайтесь, я не маньяк. Я — Семён.
Он отступил на шаг, продемонстрировал пустые карманы и добавил:
— Я рядом живу. Видел, как вы кругами ходите…
Вера всё ещё напряглась, но его спокойный голос и открытая улыбка слегка растопили лёд в груди.
— Я просто не могу найти выход, — смущённо призналась она.
— Разрешите проводить?
Прогулка пролетела незаметно. Семён шутил, рассказывал нелепые истории, она смеялась… У подъезда оба замедлили шаг.
— До свидания, Вера.
— До свидания, Семён… — с лёгкой грустью.
— Можно подожду, пока зайдёте? Мало ли, снова заблудитесь, — пошутил он.
На следующий день Вера, ещё под впечатлением, вышла за кофе. И тут… прямо в дверях соседней квартиры появился Семён с двумя стаканчиками в руках.
— Проснулась, соня? Я тут с самого утра торчу! Кофе будем пить?
— Ты? Что ты здесь делаешь?
— Живу. Мы соседи уже две недели. Видел тебя пару раз, но не решался заговорить.
Она опешила. Он ухмыльнулся:
— Ну что, зайдёшь на кофе?
— Я не знаю…
— А если я скажу, что у меня пряники?
— Ну… ладно…
Завибрировал телефон:
— Да, мам, нет, не передумала. Я остаюсь. Мне тут… неплохо.
И Вера, впервые за долгое время, почувствовала тепло. На этот раз — настоящее.