Вернулся из командировки — а в своей квартире посторонние
Артём прилетел из Германии в родной Тверь глубокой ночью. Первым делом, как водится, заскочил к маме. Людмила Петровна обняла сына так, что косточки затрещали:
— Ах ты, стрекоза беспечная! Три года не был — хоть бы позвонил! Ну что, золотые горы намыл?
— Да какие там, — хмыкнул мужчина. — Пока летел, думал: зачем платить за съёмную хату, если сам вечно в разъездах? Лучше свою брать — хоть в ипотеку, но своя.
— Умная мысль, — кивнула мать. — Тебе уже тридцать стукнуло, пора и о семье задуматься. А потом и ребятишки пойдут. Без своего угла — ни туды и ни сюды.
Через пару месяцев Артём прикупил однушку в новостройке, обставил по-мужски — без лишних заморочек. На всякий случай оставил запасной ключ маме, а сам снова рванул в командировку.
Но не успел он паспортный контроль пройти, как Людмила Петровна вручила ключи дочери — Светлане. Та старше брата на пару лет, работает «фрилансером» (то есть вообще не работает), вечно в долгах как в шелках, ждёт олигарха на белом мерседесе.
— Пусть поживёт, денег скопит, на ноги встанет, — рассуждала мать. — Чем не вариант?
Но зря она надеялась. За полгода Светка не только не расплатилась с долгами — умудрилась взять ещё парочку. Когда подошло время освобождать жилплощадь, она просто поставила новые замки. Чтобы даже родной брат не смог её побеспокоить.
Когда Артём вернулся и ткнулся ключом в замочную скважину — ничего не вышло. Он пару секунд тупил в дверь, будто та ему что-то должна.
— Да ё-моё… — прошипел он и помчался к мамаше.
Та, запинаясь, созналась, что пустила Свету пожить, но понятия не имела про новые замки. Артём вспыхнул как спичка:
— Ладно, пустила без спросу — уже весело. Но чтобы замки менять?! И что, она собирается тут до пенсии сидеть?
— Я звала её ко мне, — оправдывалась Людмила Петровна. — Но она отказалась…
На следующий день Артём вызвал ментов. Дверь вскрыли. Заявление на сестру писать не стал, но разговор вышел знатный.
— Мог бы и у мамы пожить, — равнодушно бросила Света. — Тебе же всё равно скоро снова в командировку. А мне надо личную жизнь налаживать.
— Я квартиру для этого не покупал, — отрезал Артём. — Тащи своих ухажёров в хостел. Иди работать и закрой свои микрозаймы.
— Да пошёл ты! Сам-то хоть раз в жизни влюблялся?
Собрав свои пожитки, Света съехала. Отношения с братом окончательно разладились. Артём даже не расстроился — давно ясно было, что сестрёнке от семьи нужно только финансирование.
Прошло полгода. У Людмилы Петровны — дача под Тверью. Артём, взяв отпуск, поехал помочь с картошкой. И — о чудо — на грядках обнаружил Свету.
— О, кого я вижу! — ядовито улыбнулась она. — Совесть заела, решил маме помочь?
— Лучше скажи, ты зачем приперлась? Опять денег не хватает?
— Мама мне квартиру купила, — не моргнув глазом, заявила Света. — В награду за хорошее поведение.
— Чего?! Какую ещё квартиру?
— Двушку в центре. С евроремонтом. В ипотеку. Мама оформила на себя.
Артёма будто кипятком ошпарило. Он вспомнил, как горбатился на стройке в чужой стране, как экономил на всём… А Светке — всё на блюдечке с голубой каёмочкой?
Он промолчал. Докопал грядки и уехал. Но в груди защемило.
Через неделю Света сама написала брату. Балконная дверь заклинила — просила починить. Артём согласился: любопытно было взглянуть на её «апартаменты». Квартира оказалась обычной трёшкой, ничем не лучше его однушки.
— Петли разболтались, — констатировал он. — Надо новые ставить.
— Сам купишь. И у мамы деньги возьми, — лениво бросила Света.
— Ты вообще в себе?! Мать тебе жильё купила, ремонт сделала, а ты даже гвоздь в стену вбить не можешь?
— Просто завидуешь. Мама меня всегда больше любила. Всё, свободен!
Артём вышел, не сказав ни слова. В тот же день добавил её номер в чёрный список. Ни звонков, ни встреч больше не хотел.
— Живите как знаете, — решил он. — Я своё место нашёл. И ключей больше никому не доверю.