В тот год зима выдалась особо суровой, но это не помешало радости в доме Лизаветы и Игоря.
— Игорь, не забудь к субботе взять «Прагу» да яблок побольше, — напомнила мужу Лизавета, машинально проверяя запасы в шкафу.
— А к чему такие приготовления? Разве праздник намечается? — удивился Игорь, откладывая пачку чая.
— Опять забыл? В субботу мама приезжает! С новым супругом. Теперь они будут жить здесь, в нашем городе! — твёрдо произнесла Лизавета.
— Как «жить здесь»? У нас ведь двушка, — ахнул Игорь, отодвинув чай.
— Да не в нашей же квартире, — махнула рукой Лизавета. — Просто мама на пенсии, вышла замуж и хочет быть ближе к нам. Чтобы внучку видеть, помогать.
Игорь кивнул и пообещал всё купить, но в душе зашевелилась тревога. Его тёща, Вера Павловна, всегда внушала ему почтительный страх. Не женщина — скала. Строгая, невозмутимая, с безупречной причёской и начальственным голосом, она всю жизнь проработала в управлении железной дороги и держала подчинённых в ежовых рукавицах. И каждый раз, когда Вера Павловна рассказывала о своих методах, Игорь тихо радовался, что не попал к ней в подчинённые.
А теперь — она рядом. Неужели её неиссякаемая энергия обрушится на их семью? Вмешается в воспитание дочки, начнёт указывать, как правильно жить?
Лизавета же была счастлива. Помощь с Машенькой, уроки, кружки — теперь не нужно мчаться с работы, как ошпаренная. «Мама всё возьмёт на себя», — уверяла она. Но Игорь чувствовал — спокойной жизни пришёл конец.
И вот наступила суббота. Раздался звонок в дверь.
— Игорек, мама приехала! — радостно воскликнула Лизавета и бросилась открывать.
Она распахнула дверь… и замерла. На пороге стояли двое. Рядом с дородным, добродушным мужчиной — хрупкая женщина с мягкой улыбкой и короткими седыми волосами. Игорь остолбенел. Это была не та Вера Павловна, которую он знал!
Но тут женщина тёплым, чуть дрогнувшим голосом произнесла:
— Детки, как я по вам соскучилась! Игорек, Лиза, Машенька, здравствуйте, родные мои!
Игорь перевёл взгляд на жену. А мужчина уже крепко пожал ему руку:
— Ну здравствуй, зятёк! Я Василий Сергеевич. Думаю, поладим! — и с ухмылкой потащил увесистую сумку на кухню.
Вера обняла дочь, потом внучку, и даже Игорю достались объятия. Он стоял, не веря своим глазам.
А на кухне Василий Сергеевич уже раскладывал из сумки банки с вареньем, домашние соленья и, по традиции, бутылку чего-то крепкого. Заметив взгляд Игоря, он рассмеялся:
— Как же без этого? Теперь мы своя семья. Хочешь, расскажу, как с твоей Верой познакомился?
Оказалось, Василий был мастером в депо. Однажды пришла проверка — и среди начальства была она. Строгая, неприступная. Он не струсил, высказал всё прямо. Она попыталась задавить авторитетом — не вышло. А когда он с усмешкой назвал её «прекрасной незнакомкой», она впервые за много лет смутилась.
Так и закрутилось. Потом прогулки, потом чай, потом поездка за грибами… Василий разглядел в Вере не только начальницу, но и любящую бабушку. Теперь они вместе забирают Машеньку из школы, ездят в деревню, Вера увлеклась сбором трав, а недавно подумывали о покупке бани.
— Приезжайте к нам в деревню, Игорь, — сказала она однажды. — Всё работа да работа… А когда жить-то?
Когда друг Игоря, Сергей, узнал, как изменилась его тёща, только покачал головой:
— Вот повезло тебе. У меня тёща едва семью не разлучила, а у тебя — само золото!
И Игорь с ним полностью согласен. Теперь он смотрел на Веру Павловну другими глазами. Потому что иногда каменное сердце просто ждёт, чтобы его согрели.