К пятидесяти годам у Дмитрия Игоревича седины почти не было, зато чертёнок поселился под рёбрами насовсем. И виной всему была она — Лидия. Он столкнулся с ней случайно, заглянув в университет, где преподавал его старый товарищ. Дело было пустяковым, а итог — роковым.
Она стояла у окна, и солнечные зайчики танцевали в её медных волосах. Глаза — как летний лес, стройная фигура, полная жизни и дерзости… Он, мужчина далеко не юный, вдруг почувствовал себя мальчишкой. Лида казалась ему волшебницей — то ли русалкой, то ли феей из сказки. На деле же она была просто хорошенькой студенткой, но до Дмитрия это дошло куда позже. Тогда же он был зачарован.
Такого огня он не знал даже в первые годы с женой, Ольгой Викторовной. За их плечами — тридцать лет брака, двое взрослых детей, общий дом, редкие ссоры и спокойное взаимопонимание. И всё это вдруг испарилось в тот миг, как он взглянул на Лиду.
Та, впрочем, не отталкивала ухаживаний солидного кавалера. Наоборот — подыгрывала. Для неё он был билетом. Выросшая в глубинке, чудом пробившаяся в столичный вуз, она мечтала здесь остаться. А Дмитрий был её пропуском в эту жизнь.
— Да он же дед! — ворчала её соседка по общаге Катя. — Совсем крыша поехала? Ты с ним жить собираешься?
— Какой он дед? — отмахивалась Лида. — Бодрый, в пиджаке от Армани, влюбчивый, как юнец. Глядишь — скоро предложение сделает.
Дмитрий и вправду влюбился без памяти. Баловал её, осыпал подарками, был нежен. Но ни единого слова не сказал о разводе. Лида ждала, терпела. Её план был прост: дети Дмитрия уже самостоятельные, жена — спокойная, живут размеренно. А он — не бедствует. Всё шло к свадьбе. Но вдруг Дмитрий начал уставать. Оказалось, бешеный ритм молодой любовницы — не для него. Ему бы встречаться пореже, да и то в номере отеля, а всё остальное время — дома, где борщ, телевизор и верная Ольга.
Лида начала давить:
— Почему мы не можем жить вместе? У тебя же есть ещё одна квартира!
— Там съёмщики, — врал он. На самом деле квартира пустовала, они с Ольгой собирались её ремонтировать. Но превращать её в любовное гнездо он не хотел.
— Тогда сними новую! Ты же мужчина!
Ссоры участились. А потом — как гром среди ясного неба.
— Я беременна, Дима, — сказала Лида (да, она называла его именно так). — Ты рад?
Дмитрий окаменел. Он собирался порвать с ней — даже вернулся из командировки раньше, чтобы сказать. А тут — ребёнок.
— Но ты же говорила, что пьёшь таблетки…
— Они не на сто процентов! А я думала, ты обрадуешься…
Он не обрадовался. Он растерялся. Но остался. Родился сын — Артём. Дмитрий помогал: деньгами, приезжал, заботился. Но Лиде было мало.
— Надоело быть тенью! Либо ты говоришь жене, либо я сама!
Он не успел решить — Лида опередила его. Через пару дней Ольга встретила его у порога:
— У тебя, выходит, есть ребёнок, и ты собираешься жениться? Это правда?
— Оля, не так всё… Я объясню…
— Сразу скажу: развода не дам, — твёрдо произнесла она. — Не для какой-то девочки я тридцать лет семью строила.
Дмитрий почувствовал облегчение. Не потому, что избежал расставания, а потому, что понял — она всё ещё хочет быть с ним.
— Я люблю тебя, Оленька. Прости. Это было безумие, я сам не понимаю, как так…
— Но ребёнок не виноват, — добавила она. — Мы его заберём. А с этой — всё кончено. Тогда я тебя прощу. По-настоящему.
Дмитрий не верил ушам. Но жена, как всегда, всё просчитала. Лида, измотанная младенцем, без денег, без поддержки, охотно отдала сына, когда он предложил решение:
— Пусть Артём живёт с нами. Ты сможешь вернуться к учёбе, к своей жизни. Мы справимся.
— Отлично, — равнодушно кивнула она. — Только потом не приставай.
Опека оформлена быстро — отец признан, мать не против. Артём переехал. Ольга заботилась о нём, но без тепла. Дмитрий надеялся: время всё исправит. Прошёл год.
И вдруг — удар под дых.
— Я подаю на развод, — объявила Ольга, вернувшись из командировки. — Я встретила другого. И поняла, что счастлива только с ним.
— Какого другого?!
— Игоря. Он из другого города, но переезжает сюда. А ты остаёшься с квартирой. Всё честно.
— Ты же говорила…
— Тогда я верила. Но сердцу не прикажешь. Прости.
Она ушла. Оставив ему Артёма и прошлое. Он попытался вернуть Лиду, но та лишь рассмеялась:
— Ты своё получил, Димон. А я — свободу. Теперь живи как знаешь. У меня скоро свадьба.
Он остался один. С сыном, которого уже полюбил. Без жены, без любовницы, но с тихим чувством, что, возможно, это и есть расплата.