Знаете, каково это — ютиться в съёмном жилье, не зная, когда хозяин внезапно решит тебя выставить? Мы с мужем Вячеславом семь лет кочуем по чужим углам. То старушка-хозяйка внезапно заявляет, что внуку нужна квартира, то новые соседи превращают жизнь в ад. Годами откладываем каждую копейку, мечтая о своём уголке. Даже ребёнка завести не можем — где растить его в таких условиях?
Родители помочь не в силах — сами живут в хрущёвках, едва сводя концы с концами. Мы со Славой поженились ещё студентами, наивно представляя, как будем молодыми родителями, полными сил. Теперь мне страшно — вдруг и наш ребёнок станет для нас чужим, как нынешняя молодёжь с их странными взглядами?
Живём аскетами — ни ресторанов, ни отдыха. Все деньги — в кубышку. Но цены растут быстрее, чем накопления. А тут ещё у Славиного отца, Егора Петровича, сердце прихватило. Не старость — здоровье подвело. Муж, конечно, помогает — из последних сил, но что поделать? Семья есть семья.
И тут моя мать, Татьяна Михайловна, объявляет: получила наследство от тётки и хочет добавить к нашим сбережениям, чтоб купили хотя бы “однушку”. Обрадовались несказанно! Стали изучать объявления — то развалюха с протекающим потолком за миллион, то шкаф без окон, который риелтор нагло называет “уютным гнёздышком”.
А потом Слава съездил к родителям. Вернулся мрачнее тучи. Вечером выпалил: отцу нужна срочная операция, шансы малы, но есть. И предлагает отдать мамины деньги на лечение. “Жизнь дороже стен, — говорит. — Квартиру ещё накопим, а отца можем потерять навсегда”.
Говорил страстно, глаза горели. Я молчала, потом попыталась возразить: деньги-то не наши, мать хотела помочь именно нам. На что муж взглянул на меня, будто впервые увидел, и обвинил в чёрствости. Мол, будь на месте его отца мой родитель, я бы не раздумывала.
Теперь живём как чужие. Мать, узнав о его планах, наотрез отказалась переводить деньги заранее — только при покупке. Понимаю её: она хотела помочь дочери, а не сватам. Но как больно видеть, как рушится то, что мы столько лет строили.
Подруги твердят, что я права. Его друзья клеймят меня эгоисткой. А мне просто хочется, чтоб дом был тёплым, даже если стены в нём чужие. Оказывается, куда проще собрать на квартиру, чем сохранить любовь под грузом обиды.
Жизнь преподала урок: иногда, выбирая между кирпичами и близкими, можно остаться и без того, и без другого.