Когда свекровь узнала, что мы хотим купить квартиру, она отвела сына в сторонку. То, что произошло потом, перевернуло мой мир с ног на голову.
Мы с Олегом копили на жильё несколько лет. Я работала в солидной иностранной фирме и зарабатывала вдвое больше него, но у нас в семье всё было по-справедливости — общие деньги, общие мечты. Мы грезили о собственных квадратных метрах, и казалось, ничто не омрачит наших планов. Пока его родня не влезла в наши дела.
У Олега — три сестры. В их понимании мужчина в семье — это кошелёк на ножках. Он с института тянул их на себе: то учёбу оплатить, то новый телефон купить, то «в долг до получки». И я молчала, терпела. Думала — родные люди, надо помогать. Сама иногда отправляла деньги родителям в Воронеж. Но из-за этих «помощей» наша квартирная мечта растянулась на добрых пять лет.
Когда нужная сумма наконец собралась, я начала искать варианты. Олег в поисках не участвовал — пропадал на работе. Меня это даже радовало: я могла выбрать лучший вариант для нас обоих.
Как-то его мама, Тамара Петровна, позвала нас на выпускной младшей дочери. За столом, после третьей рюмки, свекровь вдруг завела разговор:
— Скоро мой сыночек будет в своей квартире жить… Надоело по съёмным углам шляться, — улыбнулась она слащаво.
И тут Олег радостно объявил, что мы уже подыскиваем жильё, и что этим занимаюсь в основном я.
Вы бы видели, как перекосилось лицо Тамары Петровны. Улыбка испарилась, будто её и не было. Она бросила на меня взгляд, от которого похолодело внутри, и выдавила:
— Ну что ж… Только, сынок, такие дела надо с матерью решать. Я жизнь прожила, мне виднее. Или ты жене больше доверяешь, чем родной матери?
Старшая сестра, Лена, тут же поддакнула:
— Ага! Твоя Алёнка — чистый эгоизм. Только о себе и думает. Нам даже на лекарства бабушке копейки не выделила! Квартира ей дороже родни!
У меня перехватило дыхание от такой наглости. Руки сами сжались в кулаки, но я промолчала. Просто ковыряла вилкой салат, будто не слышала этого цирка. А в голове стучало: «Да чтобы я вам хоть рубль дала!»
Потом свекровь встала, схватила Олега за рукав и потащила на кухню. «Надо обсудить», — бросила через плечо. А средняя сестра, Катька, вдруг заявила, развалившись на стуле:
— Мы с братиком в его квартире поселимся. Мне там кабинет нужен.
У меня в висках застучало. Я встала и вышла в коридор. Собираться не пришлось — мы уехали на первом попавшемся такси.
Дома Олег сидел, как истукан. Потом вдруг выдал:
— Нам надо разойтись.
— Ты что?
— Так будет правильно. Я должен подумать о семье… о своей настоящей семье.
Наутро он собрал чемодан и ушёл. Через две недели позвонил, требу”переведи мне мою половину сбережений” — и я перевела, закрыв эту главу навсегда.