С того момента, как Света вышла замуж, минуло немало лет. И с каждым годом между нами росла невидимая стена. Казалось, она вычеркнула нас из своей жизни. Звонки стали редкостью, визиты — ещё большей. А когда мы встречались, её взгляд был холодным и будто чужим.
В тот вечер я долго не решалась набрать её номер. Мы с Николаем хотели тихо отметить нашу годовщину — тридцать лет вместе. Мечталось просто собраться за столом, пожарить шашлыки, услышать родные голоса…
— Алло, — наконец ответила Света, запыхавшись.
— Светочка, это мама. Ты опять в спортзале? Можешь говорить?
— Нет, мам, машину Диме мою.
— А почему ты?
— А кто же? На мойку — дорого, я не принцесса.
— Ладно, дочка… Приезжайте с Димой в воскресенье. У нас с папой годовщина. Посидим, поговорим…
— Вдруг решили отмечать? — усмехнулась она. — Седина в голову — весна в сердце?
— Тридцать лет, Света. Разве не повод?
— Извини, мам. Не получится. Друзья Димы женятся — свадьба. Годовщина у вас не последняя, а свадьба — раз в жизни.
Я сжала телефон, стараясь не показать, как закипает внутри.
— Жаль… А мы так ждали…
— Мы тоже, мам. Но людям отказывать неудобно. Не сердись, потом заедем.
— Хорошо, — прошептала я. — Позвоню твоему брату.
Игорь тоже отказался. У него были свои дела. Когда я положила трубку, слёзы потекли сами. Как у девочки, у которой отняли любимую куклу. Как у матери, которую предали.
— Наташ, что случилось? — Николай вошёл на кухню и увидел моё лицо.
— Ничего… Дети не приедут. А я, дура, мечтала…
— Перестань. Это наш день. Ты и я — и этого хватит.
Ночью я ворочалась. Обида душила. В голове крутилось: «Почему? Почему мы им не нужны? Всё для них сделали, выучили, квартиру помогли купить… А теперь — как чужие…»
— Наташа, — шептал Николай, — у них своя жизнь. А у тебя есть я.
— А мне пусто, Коля… Ты на работе, а я одна…
На следующий день он пришёл раньше обычного. Улыбался.
— Что-то случилось?
Из-за спины он достал огромный букет.
— Это тебе. А завтра едем на дачу. На неделю. Только ты и я.
Дом был словно из сказки: деревянный, с видом на озеро, цветы у крыльца. Утром я проснулась от аромата — весь подушка была в лепестках. Воздушные шары, а на зеркале надпись: «С годовщиной, родная!»
Я едва сдержала слёзы. А за окном увидела Николая с корзинкой. Открыл её — и раздалось тихое «мяу». Рыжий котёнок удивлённо смотрел на меня.
— Ну что, возьмёшь? — улыбнулся он, как мальчишка.
— Коля… Это лучший подарок…
Мы прожили ту неделю, как в юности. Семь дней, но хватило на целую жизнь. А когда вернулись — телефон не умолкал.
— Мам! Где вы были?! Звонили, волновались!
— Спокойно, Света. Мы с папой отдыхали. Имеем право?
— Конечно… Просто ты не звонила…
— Теперь твоя очередь волноваться. А мы с папой решили жить для себя.
— Для себя?! Мам, ты серьёзно?
— У нас медовый месяц. И сейчас нам не до вас.
Прошёл год. Мы с Николаем живём иначе. Он ушёл с работы, мы экономнее, но счастливее. Дети стали чаще звонить, приезжать. А мы смотрим друг на друга и благодарим судьбу — за то, что не дали забыть самое главное: в этой жизни важнее всего — МЫ.