**Сюрприз по-русски: как Ваня чуть не спалил квартиру к 8 Марта**
Ещё до того, как Лена вошла в подъезд, её встретил шквал тревожных признаков. Дым, лужи мыльной воды на ступеньках, воздух, густой от предчувствия катастрофы. Но Лена, директор крупного завода, женщина с железным характером, не из тех, кто боится заходить в свою же квартиру.
Бросив на тумбу роскошный букет с корпоратива, она скинула туфли, сунула ноги в тапочки — хотя, судя по потопу, правильнее было бы надеть резиновые сапоги. Внутри квартиры что-то булькало, шипело, урчало, а в углу истошно орал кот.
— Ваня?! Что за чертовщина тут творится?! — рявкнула она, пробираясь сквозь гарь и пар.
Муж появился из глубины коридора — в трусах, босиком, с перемазанным сажей лицом, синяком под глазом и полотенцем на голове, словно бедуин после песчаной бури. Выглядел он так, будто не к празднику готовился, а из-под Курска только что вернулся.
— Ленок… Я думал, ты позже… Ну, корпоратив же, ты там главная…
Лена, не удивляясь, опустилась на пуф, закрыла глаза и сказала строго:
— Докладывай. Без «солнышко» и «не переживай». Я переживала в лихие девяностые, когда бандиты на завод наехали. Переживала, когда кредиторы на пороге стояли. Теперь паниковать разучилась. Так что — говори, что натворил.
Ваня сглотнул.
— Хотел сюрприз. Ты у меня золото, заслужила… Решил убраться, постирать, мясо запечь, полы помыть…
— Мясо? — переспросила Лена.
— Не мясо… Стиралка. Она потекла. Ну, не сразу. Сначала я мясо в духовку, потом в ванну, потом за стирку взялся. А там кот.
— Жив?
— Конечно! — возмутился Ваня. — Просто мокрый. И нервный. Клянусь, когда загружал — его не было. Он как-то потом… просочился.
— В ЗАКРЫТУЮ машинку?!
— Ну, может, под шумок прокрался…
Лена схватилась за голову.
— Ладно, продолжай. Но сначала покажи кота. Хочу убедиться, что хоть он цел.
— Э-э… Он в зале. Там… привязан. Чтобы не носился. И быстрее высох.
— Лапы целы?
— Все четыре. Только… временно обездвижены.
— И что дальше?
— Пошёл я бельё доставать, а от духовки гарью пахнет. Открываю — мясо угольками. Плеснул масла — пламя в потолок. Брови опалил. Тут кот в машинке орать начал. Кинулся к стиралке — не открывается. А кот за стеклом — глаза, как у беса. Взял ломик. Разбил. Кот вылетел, и начался кошмар…
— Господи… — прошептала Лена.
— Он вазу разбил, ковёр испортил, шторы сорвал, обои исцарапал, шампанское опрокинул, соседи снизу орали, что ведьму вызовут. Я его поймал, привязал, сушу. А тебе, Ленок, сюрприз хотел сделать…
Лена прошла в зал. Картина, достойная фронтовых сводок: кот, привязанный к батарее, с мордой, замотанной шарфом, дым, лужи, осколки. Ваня путано объяснял:
— Ну он же не хотел сидеть! Я ж переживал, чтоб просох. И чтоб не орал — рот прикрыл. Всё нормально!
Лена развязала кота, вытерла его полотенцем, прижала.
— Дурак ты, Вань. Он же задохнуться мог. Хотя, после стиралки ему теперь любая беда — плевое дело.
Она села на диван, посмотрела на мужа:
— Ну?
— Что «ну»? — вздохнул он. — Вешаться сейчас или потом?
— Поздравляй, болван. Сегодня Восьмое марта.
Ваня вспыхнул, выбежал и через минуту вернулся с важным видом, встал на колени, заложил руки за спину.
— Ленок, свет мой. Тридцать лет вместе, а ты всё такая же — сильная, красивая, терпеливая. С праздником, с Женским днём!
Он протянул коробочку с кольцом и помятый букет.
— Цветы были нормальные… пока кот… ну, ты поняла…
Лена вздохнула, понюхала розы.
— Хоть пахнут, а не гарью. Ваня, хватит экспериментов. Просто цветы. Просто обними. И не поджигай квартиру. Договорились?
— Хотел как лучше. Тебе ж на работе шедевры дарят, а я… по-домашнему, с душой. И с огоньком.
— С огоньком, — усмехнулась Лена. — И с пожарной инспекцией. Пошли разгребать. Соседям извиняться. А то ведьму и правда вызовут. Хотя, глядишь, у неё такой же Ваня есть…
Кот зевнул, обвил хвостом ногу Лены и презрительно фыркнул в Ванину сторону. Праздник удался. Навсегда.
*Вывод: если любишь — лучше просто обними. Без огня, кота в стиралке и визита МЧС.*