Порой жизнь подкидывает такие сюжеты, что ни Достоевскому, ни Толстому не снилось. Мой муж, Дмитрий, ввалился домой с лицом, будто его обухом стукнули, швырнул ключи на тумбу и начал молча шаркать ботинками. Совсем не его манера — обычно после встречи с дочкой светится, как новогодняя ёлка. Не успела я рот открыть, как он взорвался:
— Тань, даже не верится! Пришёл за Соней в садик пораньше, хотел сюрприз устроить. А её за ручку ведёт какой-то тип! У меня аж пульс в висках застучал. Думал — маньяк! Кинулся разбираться, а это… этот самый, ухажёр Ирины!
Меня зовут Татьяна, и я давно усвоила: бывшая его, Ирина, — как заноза в сердце. Шесть лет живём вместе, сын Ваня подрастает. Но она всё это время витала между нами — незримая, как сквозняк. То Димка мчался к ней среди ночи, если у неё ангина, то дарил букеты “от Сони”, но подписать умудрялся своим почерком. А уж сколько раз я слышала: “Она же мать моего ребёнка!”, когда он влезал в её дела…
И вот — она замуж собралась. Наконец-то. Казалось бы, какое ему дело? Но нет, он мечется по кухне, как медведь в клетке.
— Представляешь, этот Артём мне заявляет — “У нас серьёзные планы”! Свадьбу справляют. Сам с ребёнком, разведёнка, а теперь, видите ли, решил, что Ира — идеальная мать для его отпрыска!
— Ну и? Может, так и есть. Ты не рад? — спросила я, кусая губу, чтобы не выдать улыбку.
— Рад?! Ты с ума сошла? А если он её бросит? Или, ещё хуже, бить начнёт? А Соня всё это увидит? Ей это надо? — Дмитрий ломал пальцы, будне перед ним апокалипсис.
А мне подумалось: вдруг этот Артём — не чета моему Диме? Не пьёт, не гуляет, детей любит. Залезла в Ирины соцсети — фото с дачи, шашлыки, обнявшиеся дети. Его страница — сплошь работа, рыбалка с сыном, никаких “клубных” девиц. Нормальный, земной мужик.
Сказала, что голова болит, раньше лягу. На самом деле уложила Ваню и присела у слегка приоткрытой двери. Знала же — сейчас позвонит. Так и вышло.
— Ириш, ты в себе? Это точно твой выбор? — его голос дрожал, будто провода под ветром.
Пауза. Потом снова:
— Я не хочу, чтобы у тебя был муж… Вспомни, как нам было хорошо!
У меня в груди будто лёд проложили. Да это же не про дочь. Это ревность. Не ко мне. К ней. К той, которую он сам бросил, но держит на коротком поводке.
Лежу, смотрю в потолок, а внутри — словно после бомбёжки. Я — его жена. Мать его сына. Та, с кем он за квартиру платит, в отпуск ездит. А он тем временем умоляет другую не выходить замуж, потому что ему… больно.
Говорят, ревнует — значит любит? Вот только кого?
Теперь сижу, как на иголках. Делать вид, будто не слышала? Или спросить напрямую: “Кому место в твоём сердце — мне или ей?” И что я вообще для тебя, если ты до сих пор не отпустил ту, что ушла?
Дмитрий лёг рядом, обнял, будто ничего не произошло. А я лежала, как мебель. Потому что поняла — у него не одна женщина. Даже если по паспорту я. А в душе… там, в самых потаённых уголках, всё ещё живёт другая. И это не я.
Вот и скажите — это любовь? Или просто страх, что его “вещь” теперь будет принадлежать другому? Почему мужики так бесятся, когда бывшие находят счастье? Почему их корёжит от мысли, что кто-то другой сможет дать ей то, чего не смогли они?..
И главное — как теперь быть мне, той, что осталась в этой игре без правил?