Муж улетел на курорт сразу после моих родов. А я осталась одна — с болью, измотанная, с новорождённым на руках.
Мы с Дмитрием — молодая семья. Расписались год назад, на пике влюблённости, с детскими мечтами и твёрдой уверенностью, что нам всё по плечу. Мне только стукнуло девятнадцать, ему двадцать два. Жили кое-как — в съёмной однушке в Подольске, копили на коляску и распашонки, считали дни до родов и верили, что ребёнок сделает нас крепче. Но всё пошло не так.
Неделю назад я родила. Крошечный, красный, тёплый комочек, который тут же перевернул мою жизнь бессонницей, тревогой, смесью и круглосуточным плачем. Я вернулась из роддома с сыном на руках, вся разбитая, не могла нормально ходить, ноги подкашивались, тело ныло. А наутро муж спокойно объявил:
— Завтра лечу в Турцию.
Я не сразу поняла. Уставилась на него и переспросила:
— Куда?
— Путёвка горячая, Витька с завода позвал. За копейки, почти даром. Год горбатился, заслужил отдых. Вы с малышом всё равно пока только на диване, справишься.
Он сказал это так буднично, будто речь о походе за хлебом. А я стояла, качая ребёнка, в растянутом халате, с глазами, полными безысходности. Я даже не успела осознать, что он уже всё решил. Не спросил, не подумал, просто бросил фразу.
— А как же мы?.. — прошептала я.
— Да ладно, я ненадолго, дней на десять. Вернусь — помогу. Не переживай, ты же крепкая.
Эти слова резали. Я не знала, как объяснить, что не справляюсь. Что каждую минуту боюсь — вдруг он не дышит, вдруг срыгнул, вдруг я что-то упускаю. Что мне страшно засыпать и страшно просыпаться. Что мне просто нужен кто-то, кто подаст чашку чая. Спросит: «Как ты?» Обнимет.
А он — улетел. Присылал фото с пляжа: вот он загорает, вот море, вот отель. Ни слова о сыне. Ни одного вопроса: как вы там?
Я плакала. Тихо, чтобы не разбудить ребёнка. Мама сказала:
— Радуйся, что не бухает. Мой в твои дни рождения под забором валялся.
Подруга поддержала по-своему:
— Тебе ещё повезло. Меня из роддома никто не встретил. Тащилась одна, с пакетами и младенцем. У тебя не самый плохой вариант.
Но мне от этих слов не становилось легче. Я не чувствовала себя счастливой. Я чувствовала себя брошенной. Мне нужны были не его фотографии с моря, а его поддержка. Его присутствие.
Возможно, когда-нибудь я это прощу. Но вряд ли забуду. Потому что в самый страшный, самый беспомощный момент своей жизни я осталась одна. И он сделал этот выбор сам.