Однажды я попросила невестку нарезать сыр, а она лишь продолжила болтать с сыном. Теперь не знаю, как налаживать с ней отношения…
Мне пятьдесят пять лет, и всю жизнь я считала: если свекровь и невестка разумны, то ссор между ними не будет. Ведь нас связывает любовь к одному человеку — моему сыну. Я верила, что даже при разных характерах можно найти общий язык. Верила… до тех пор, пока не случились те выходные на даче. Этот уикенд запомнился мне не лучшим образом.
Сын вскоре женится. Его избранницу — Анастасию — я видела всего пару раз и толком с ней не общалась. Чтобы сблизиться, мы позвали молодых на дачу: подышать воздухом, поговорить по-семейному. Я готовилась с душой, придумала меню, наготовила угощений — от закусок до горячего. Хотелось устроить душевный вечер.
В субботу они приехали. Я встретила их радостно, с улыбкой. Пока они устраивались, начала накрывать на стол и между делом попросила Настю помочь: нарезать хлеб, разложить приборы. Не чистить картошку, не мариновать мясо — простое дело. Но она, услышав меня, даже не шевельнулась — продолжала сидеть рядом с сыном и беседовать, будто ничего не произошло. Я промолчала, подумала: может, не расслышала. Сама принесла всё на стол, не стала просить снова — как-то неудобно.
После обеда молодые ушли отдыхать, а мы с мужем остались мыть посуду. Вечером снова накрывала — решили попить чаю перед шашлыком. Тогда я ещё раз обратилась к Насте:
— Настенька, порежь, пожалуйста, сыр.
А в ответ услышала такое, что у меня внутри всё похолодело:
— В гостях лучше не суетиться. Хозяйка сама прекрасно справится.
Я остолбенела. Разве сыр можно нарезать как-то не так? И с каких пор простая просьба стала «суетой»?
Весь вечер она придерживалась этой странной манеры. Когда мужчины пошли жарить шашлыки, она ни разу не подошла ко мне на кухню. Просто смеялась и болтала, а я снова бегала с тарелками и стаканами. Даже после ужина не предложила убрать со стола или помыть посуду. Сын заметил моё недовольство и сам стал убирать. А она? Будто так и надо. Даже простого «давай помогу» не сказала.
Наутро они спали до обеда. Потом неспешно собирались в город. Постель оставили неубранной — даже не попытались застелить. Видно, боялись «суеты».
Знаете, я люблю гостей. Ко мне часто приходят подруги, племянники, мужнины бывшие коллеги. И все, даже впервые приехав, стараются помочь: убрать посуду, почистить овощи, помыть чашки. Моя сестра всегда говорит: «Ты готовила — теперь я уберу». Друзья привозят угощения, чтобы мне не пришлось всё делать самой. Это уважение. Это благодарность за хлеб-соль.
Но поведение Насти было как ушат холодной воды. Будто я обязана всё делать одна, раз я «хозяйка», а она здесь лишь отдыхать. Ни капли уважения — ни в слове, ни в жесте. Только равнодушие и удобство.
Я старалась не показывать обиду. Но внутри всё кипело. И теперь не знаю, как быть. До свадьбы осталось несколько месяцев. Так или иначе, нам придётся уживаться. Я не хочу враждовать. Но и прислуживать взрослой девушке, которая считает, что ей «не к лицу» даже сыр нарезать, тоже не намерена.
Что дальше? Будет ли она всегда так отстраняться, будто дом — не её забота? А если родится ребёнок? Мне нянчить внука, пока она отдыхает, а после выслушивать, что «бабушки должны помогать»?
Может, я отстала от времени? Может, теперь модно быть такой «гостьей» — улыбаться, болтать, но ничего не делать? Но мне ближе другой порядок. Где семья — это поддержка, участие, искренность. А не чужие люди за столом.
Сын пока ничего не понимает. Он любит её — и это хорошо. Я не хочу мешать. Но и молчать не могу. Иначе потом будет поздно…