Ну, слушай, вот какая история приключилась со мной. Меня зовут Татьяна Владимировна, мне шестьдесят три, и всю жизнь я старалась быть хорошей матерью, не лезть не в своё дело, воспитывать сына без нотаций. А теперь вот сижу, как в глухой осаде — сноха дверь перед носом закрыла, а сын будто меня и не знает. И всё из-за одного дня, одного ребёнка… и моего «нет».
Когда мой Серёжа наконец женился, я обрадовалась — тридцать лет уже, пора бы. Молилась, чтоб невеста попадётся хорошая. И поначару Инга мне показалась нормальной — тихая, скромная, хоть и с ребёнком от первого брака. Ну, думаю, ладно, главное, чтоб сын счастлив был.
Беременность у неё пошла тяжело, чуть ли не всю пролежала в больнице. Её старший, Вадим, то у отца жил, то у бабки. Я не встревала — меня же не звали. Внука, Артёмку, я впервые увидела только через пять месяцев после родов. До этого звонила, спрашивала — как дела, как малыш. Отвечали вежливо, но сухо.
Когда приехала в гости, привезла подарки — и внуку, и Вадиму. Инга взяла их без эмоций, мальчишка даже «спасибо» не сказал. Ну, думаю, может, стесняется. На прощание говорю: «Если что — звони, помогу».
Через пару недель звонок: «Зуб разболелся, свекровь не может, посидите с детьми». Я согласилась. Прихожу — а этот Вадим с первых минут меня как мебель воспринимает. Не слушает, не отзывается, потом в мою сумку лезть начал. Я мягко сделала замечание — он в ответ: «Это мой дом! Что хочу, то и делаю!» — и пинает меня. Попробовала его успокоить — он убежал, вернулся с водяным пистолетом и давай меня обливать! Я забрала пистолет, строго поговорила.
Потом Инга просит его накормить. Я суп поставила — а он в тарелку плюёт, по столу размазывает! Не то чтобы я капризы не понимаю, но тут же полный беспредел. Когда Инга вернулась, я напрямую спросила: «У него всё в порядке с головой?»
Она на меня как на дуру посмотрела: «Нормально всё». Я сказала, что больше с ним сидеть не буду — бьёт, обливает, вещи шарит. А она: «Надо было подход найти!»
Я ушла. Сноха трубку не берёт. Спрашиваю у Серёжи: «Когда внука увижу?» — он мямлит: «Поговори с Ингой». А та вообще разговаривать отказалась. Через сына передала, что не хочет меня «нагружать её невоспитанным ребёнком».
Серёжа выслушал мою версию, но, видно, Инга уже ему мозги загрузила. Сказал: «Надо подумать» — и пропал.
Вот так я и осталась без внука. Всё потому, что не захотела быть бесплатной нянькой для сорванца, которому всё можно. Будь у Инги хоть капля воспитания в нём — ничего бы не случилось. Но вместо этого — тишина и отчуждение.
Я не драку искала. Но и унижаться не собираюсь. Я мать. Я бабушка. И хоть немного уважения я заслужила.