Меня зовут Арина, и я хочу рассказать одну историю, которая не даёт мне покоя много лет. Возможно, если поделюсь ею, станет легче.
Наша семья никогда не была образцом благополучия. Мы жили в Рязани, и с детства я видела, как взрослые ругаются, пьют, унижают друг друга. У мамы есть сестра — Татьяна. У неё сын, мой двоюродный брат Игорь, который женился на девушке, мягко говоря, не самой честной. Измены, скандалы, временные разводы — всё это стало нормой. У них двое детей, но тепла в их доме не прибавилось. А сама тётя Таня — запойная алкоголичка, давно не держится ни на одной работе. Пьёт, теряет места — родные уже махнули на неё рукой.
Однажды у жены Игоря начались серьёзные проблемы с почками. Как-то мы с мамой приехали проведать бабушку — Веру Степановну. И она рассказала нам о болезни той женщины. Мама резко заметила: «Ну, надо головой думать, а не тем, что ниже пояса». Мы бы просто отмахнулись, но бабушка — женщина прямая — передала эти слова дословно. И началось…
Скандал гремел на весь двор. Тётка, пьяная в стельку, набросилась на маму, защищая свою невестку, будто родную дочь. Мы даже не стали спорить, просто ушли. Но самое обидное случилось потом — бабушка встала на сторону Тани и её семейства. Нас с мамой она перестала звать, перестала заходить. Мы словно исчезли. Мама ещё пыталась сохранить связь, а я — нет. Тогда я твёрдо решила: не хочу иметь дела ни с этой пьяной роднёй, ни с теми, кто так легко вычёркивает нас из жизни.
Прошло восемь лет. Бабушке скоро восемьдесят. Недавно она позвонила маме и, плача, просила прощения. Мама, конечно, простила — она же её мать. У неё доброе сердце, она всегда была такой. Но я… я не могу.
У меня растёт дочка. Моя радость, моё солнышко. Мама рассказала о ней бабушке, и та, дрожащим голосом, стала упрашивать хотя бы фотографию. Говорит, мечтает увидеть правнучку, что каждую ночь молится, лишь бы взглянуть на малышку хоть одним глазком. Но я не разрешила. Твёрдо.
Не из мести, нет. Просто в сердце до сих пор живёт обида. Больно вспоминать, как нас предали, как мама плакала, не понимая, чем заслужила такое. Бабушка тогда ясно дала понять: родство — не всегда любовь, иногда это выбор. И она выбрала не нас.
Я не знаю, права ли. Мама говорит: «Не держи зла, Арин, она старая, измотанная, хочет уйти с миром». Но внутри всё сопротивляется. Может, завтра будет поздно, но я не готова.
Скажите… а вы бы простили?