Ира стояла у плиты, пока по кухне разливался густой аромат жаркого с чесноком и лаврушкой. Так редко выпадало время приготовить что-то сложнее гречневой каши. Она вздохнула, вытерла ладонью влажный лоб и обернулась:
— Димка, ты не забыл, что завтра моя мать приезжает?
Из комнаты через минуту показался он — взъерошенный, с красными от недосыпа глазами.
— Какая мать?! — уставился Дмитрий. — Ты мне не говорила!
— Говорила! На прошлой неделе! — Ира наморщила лоб. — Договорились же, что она в субботу будет.
Дмитрий вдруг заёрзал и выпалил:
— Отменяй. Пусть не едет. Никак.
— Это с чего вдруг? — насторожилась Ира.
— Потому что… приедет Ольга.
— Какая ещё Ольга?
— Ну… бывшая, — пробормотал он.
Тишина повисла, как перед грозой. Потом её разорвал нервный кашель Иры — она не понимала, хохотать ей или орать.
— Ты в своём уме? Чтобы завтра твоя бывшая тут ночевала?! В тот же день, когда моя мать приходит?!
— Да ты не так поняла! Она не ночевать, а переночевать! С парнем поругалась, идти некуда. На пару дней, честное слово! Мы с ней уже сто лет как не вместе, ты ж знаешь! Ольга просто в беде!
— А тебе не кажется, как это выглядит? Мать приедет, а тут твоя «подружка» из прошлого шаркает тапками по квартире. Прекрасное зрелище!
— Скажем, что твоя подруга. Ты у меня мастер импровизации — поверят!
Ира закатила глаза, но в глубине души уже рисовала картину: эта Ольга переступает порог и с ходу называет её «хозяйкой». Противно, но… любопытно.
Вечером раздался звонок. На пороге стояла Ольга — статная, с холодным взглядом, в дорогих сапогах и кожаном пальто. Она окинула Иру оценивающим взглядом.
— Так вот ты какая, законная. Ладно… Я на два дня, не переживай — твоего мужа не трону.
Ира стиснула зубы. Сквозь них выдавила:
— Комната налево. Завтра мать приедет — не светись лишний раз.
Ольга прошла внутрь, а Ира вернулась на кухню, где еда уже остывала.
— Оль, будешь с нами ужинать?
— Ага! Это что, жаркое? Только не ври, что сама делала. Вижу же — магазинная зажарка и пакетированные приправы.
— Можешь не есть, — бросила Ира, но уголки губ дрогнули.
Ольга вдруг, не меняя тона, предложила:
— Хочешь, научу, как по-настоящему мясо готовить? Моя бабка в столовой тридцать лет проработала, я с пелёнок у плиты.
Так начался вечер, который обе не забудут. К полуночи они болтали, как подружки детства: ругали мужчин, делились рецептами, спорили о моде. Ира впервые почувствовала себя не «женой», а женщиной, которая может удивить. Ольга оказалась не соперницей, а союзницей.
Утром Ольга ушла, а в дверь постучала мать Иры — Анна Степановна. Её сразу ударил в нос аромат домашнего борща.
— Сама варила? — глаза матери округлились. — Не думала, что способна…
Ира лишь кивнула, пряча улыбку. Она знала, кого благодарить — ту самую «бывшую».
Вечером позвонила Ольга:
— Ир, я дома. Мы с Сергеем помирились. Спасибо за платье — на корпоративе все офигели. Он теперь везде меня таскает, как трофей. Контракт подписали, кстати. Ты молодец. Завтра забегу за вещами — обниму как сестру!
Ира положила трубку и посмотрела на Димку:
— Знаешь, ты был прав. Она действительно… хорошая. И, кажется, я теперь понимаю, кто я. Не просто жена. А та, кто умеет держать удар. И у кого есть чему поучиться.
— Если ты с Ольгой подружилась — я вообще ничего не понимаю! — развёл руками Дмитрий.
— Просто не мешай, — улыбнулась Ира, — и всё будет в порядке.