Мы с мужем Вячеславом поженились в 23 года. Я уже ждала ребёнка, но, к счастью, успели оба окончить пединститут. Никакого «золотого дождя» с неба нам не перепадало — ни богатых родственников, ни наследства. С первых дней крутились как белка в колесе, чтобы сводить концы с концами.
Декрета у меня почти не было. Молока не было — то ли от стресса, то ли от вечного супа на втором бульоне. Пришлось рано переводить сына на смеси. В 11 месяцев отдали в ясли — там его научили хоть как-то есть самому и ходить на горшок. А мы с Вячеславом вкалывали без передышки: сначала съёмная халупа, потом общага, потом наскребли на однокомнатную, а через годы — и двушку в приличном районе.
Недавно купили дачу под Питером. Муж сам сколотил уютный домик: две комнатки, банька, печка. Завезли мебель, разбили грядки. Казалось бы, теперь можно и расслабиться — нам всего-то по 46, жизнь-то ещё впереди.
Но вот наш Стасик в свои 23 решил жениться. Его Машенька — из состоятельной семьи, оба юристы. У её родителей трёхэтажный особняк, иномарки и бизнес. Ну и дочка, конечно, хотела шикарную свадьбу, лимузин, отпуск на Мальдивах и… отдельное жильё.
Мы всегда чувствовали перед сыном вину. Всё его детство прошло в садиках, школах и продлёнках — мы пропадали на работе. Отдувались подарками: новые кроссовки, крутой телефон, репетиторы. На 18 лет подарили подержанную, но бодрую «Ладу». Когда поступил — платили за учёбу. И вот теперь… Отдали все накопления на свадьбу, а заодно и квартиру, перебравшись на дачу.
Родители Машеньки поступили иначе: купили дочери шубу, золото, дизайнерскую мебель. Сын поначалу был благодарен, но потом начал меняться. Сначала звонил раз в две недели, потом раз в месяц, а потом и вовсе пропал.
Как-то раз встретили нашу бывшую соседку на рынке, и та между делом бросила:
— Вы что, не знали, что вашу квартиру сдают? Стас с Машей живут у её родителей — говорят, там комфортнее.
У Вячеслава аж лицо зелёным стало. Еле на ногах устоял. Тут же позвонили сыну. В ответ — ледяное:
— Сами отдали. Моя жена не хочет жить в вашем «совке», а снимать что-то самим — дорого. Пусть арендаторы платят.
Когда попытались поговорить о совести, он и вовсе взорвался:
— Я всю жизнь был нищебродом! У всех нормальные родители, а у меня — учителя, которые только и могут, что мораль читать! Надоело краснеть перед тестем за то, что мои предки — обычные бюджетники!
После этого мы решили не судиться, а просто приехали в квартиру, поговорили с арендаторами — те оказались адекватными и через месяц съехали.
Вернулись в свою квартиру. С сыном больше не общаемся. Муж до сих пор ходит мрачнее тучи, и мне не легче. Да, отдали всё — без условий, просто потому что любили. А получили в ответ плевок в душу.
Может, со временем он одумается. А может, и нет. Но я теперь точно знаю: не стоит сжигать себя ради тех, кто даже спасибо не скажет.