Сегодня опять не могу уснуть. Записываю свои мысли, как в старом дневнике, который вёл в юности. Живём мы в тихом городке под Воронежем, где каждый знает друг друга и где семейные ценности — не пустые слова. Мне уже 54, а сердце болит за сына, будто он ещё маленький. Неделю назад мой Сашка привёл свою девушку, Викторию, познакомиться. Весь вечер я наблюдала за ней, и чем дольше смотрела, тем больше сомнений росло в душе. Вижу — не пара они. Но как сказать об этом сыну, не обидев?
Мой Сашка — вся моя жизнь.
Растила его одна после того, как муж ушёл к другой. Вложила в сына всё: и душу, и последние деньги на образование. Вырос золотой парень — инженер в приличной фирме, свою квартиру снимает, о детях мечтает. В 28 лет впервые серьёзно влюбился. «Мама, Вика — совсем другая, ты её полюбишь», — говорил он, а глаза сияли. Я ждала гостей с радостью, наготовила всего: щи, пельмени, пирог с капустой. Хотела, чтобы вечер был душевным. Но с первой минуты что-то пошло не так.
Пришла Вика — высокая, крашеная блондинка, в коротком платье и на каблуках. Поздоровалась небрежно, села за стол, будто так и надо, и тут же начала рассказывать о своих успехах. Обо мне не спросила ни слова.
Вечер, который всё расставил по местам.
Я приглядывалась к ней весь ужин. Спрашивала: где работает, кто родители, какие у неё цели. Оказалось, работает в рекламе, 26 лет, снимает квартиру в центре. Но в её словах не было тепла. Хвасталась командировками, дорогими вещами, а когда спросила про детей, фыркнула: «Ой, да я ещё не готова, карьера важнее». Сашка заулыбался, а у меня в груди похолодело. Мой сын хочет семью, а она — нет.
За столом Вика вела себя странно. Щи ела без аппетита, пельмени разбирала вилкой, а пирог даже не попробовала: «Я на диете». Меня это задело — хоть бы из вежливости взяла кусочек. То и дело лезла в телефон, смеялась над какими-то сообщениями, а когда Сашка заговаривал, отвечала односложно. Я видела, как он смотрит на неё — с обожанием, с надеждой. А в её глазах читалось лишь равнодушие. Холодная какая-то, думаю, эгоистка.
Что мне делать?
Не спала потом до утра. Вика не та, кто создаст Сашке уют. Он тихий, домашний, а она — ветреная, вся в себе. Боюсь, сыну будет с ней плохо. Друзья говорят по-разному: кто-то советует не лезть, другие кивают — мол, материнское сердце не обманешь. Но я-то знаю Сашку. Ему нужна жена, а не «девушка на выходные».
Вспоминаю, как он рассказывал о Вике: «Она такая независимая, мам, с ней я чувствую себя по-другому». Но я вижу иное: он уже подстраивается под неё, перестал звонить мне по вечерам, даже в храм реже ходит. Если так пойдёт дальше, что будет? Уведёт она его от семьи? Или, что хуже, сделает несчастным?
Долг ли матери — говорить правду?
Не хочу, чтобы Сашка повторил мои ошибки. Я-то вышла замуж не по любви — и чем кончилось? Не могу молчать, если вижу: эта девушка не любит его по-настоящему. Но как сказать? Попробовала осторожно: «Сынок, Вика симпатичная, но, может, вам не по пути?» Он нахмурился: «Мама, ты её не понимаешь». От этих слов стало больно. Неужели не видит, что я вижу?
Боюсь, если начну давить — потеряю его. Сашка взрослый, сам выбирает. Но разве я не обязана предостеречь? Может, поговорить с Викой начистоту? Или просто высказать сыну все страхи — но как, чтобы не оттолкнуть? А если он выберет её? От одной мысли сердце обливается кровью.
Послесловие.
Пишу это не из вредности. Вика, может, и хорошая, но не для моего Сашки. Не хочу быть злой свекровью, но и молчать не могу — вижу грядущую беду. В мои годы хочется одного: чтобы сын был счастлив с той, кто будет его беречь, как берегла я. Пусть он сейчас не поймёт, но, может, потом вспомнит эти слова.
Я — мать. И пусть даже в одиночку — буду бороться за его счастье.