Дырявые носки моего сына
Когда мой сын Артём с невесткой Ларисой зашли ко мне на ужин, я, как всегда, накрыла стол по-праздничному: борщ, котлеты, пюре, селёдка под шубой — всё, что он обожает. Но когда Артём разулся в прихожей, у меня сердце едва не остановилось: на обеих его носках зияли дыры, из которых бесстыдно выглядывали пальцы! Я остолбенела, будто меня молнией ударило. Неужели это мой сын, которого я растила, одевала, учила быть аккуратным, ходит в таком рванье? И где, скажите на милость, глаза у его жены? Это же уже полный беспредел! До сих пор не могу опомниться, иначе выскажусь — просто взорвусь от негодования.
Я, Нина Сергеевна, всю жизнь старалась, чтобы Артём ни в чём не знал нужды. Шила ему рубашки, покупала самые крепкие сапоги, даже если приходилось себе в чём-то отказывать. Он вырос, стал строителем, женился на Ларисе — казалось бы, девушке толковой и практичной. У них своя квартира, оба работают, вроде бы всё в порядке. Я не лезу к ним без повода, но иногда зову на ужин, чтобы повидаться, угостить домашней едой. И вот, пожалуйста — его носки! Это не просто дырки, это вопль отчаяния, сигнал, что в их доме что-то разладилось.
Всё началось, когда они переступили порог. Я, как всегда, хлопотала — разливала борщ, подогревала котлеты. Артём снял ботинки, и я краем глаза взглянула на его ноги. Сначала подумала — показалось: не может быть, чтобы мой всегда опрятный сын ходил в таком виде. Но нет, носки выглядели так, будто прошли через войну — дыры по бокам, пятки истрепались, а пальцы вылезали, словно пытаясь сбежать. Я замерла на месте, даже ложку выронила. Лариса, заметив мой взгляд, лишь усмехнулась: «Нина Сергеевна, это он сам виноват — сто раз говорила ему купить новые». Сам виноват? А ты, милая, вообще в курсе, что твой муж носит?
За столом я еле сдерживалась. Смотрела, как Артём уплетает борщ, и думала: как он дошёл до такой жизни? Я растила его не для того, чтобы он выглядел, как бомж. А Лариса весело болтала о своих делах, будто ничего особенного. Не выдержала, спросила: «Артём, сынок, что за позорище с носками?» Он смутился, отмахнулся: «Ма, да что ты раздухарилась — просто заношенные». Неужели трудно выбросить? Лариса добавила: «Нина Сергеевна, он сам их носит, я не его гардеробщица». Не гардеробщица? А кто тогда должна следить за мужем, если не жена?
Я еле сдерживалась. Когда Лариса ушла в зал, тихо спросила Артёма: «Сын, у вас что, денег на носки нет? Или стиральная машина сломалась?» Он только вздохнул: «Мам, хватит панику наводить. Просто забили». Забили? Да эти дыры видно с МКС! Хотела поговорить с Ларисой, но побоялась, что снова отшутится. Вместо этого достала новые носки, купленные ему на 23 февраля, и сунула в руки: «Надень, а то смотреть противно». Он кивнул, поблагодарил, но мне было ясно — ему всё равно.
Проводив их, я не могла уснуть. В голове крутилось: как так? Лариса, конечно, работает, устаёт, но разве это повод? Я в её годы и работала, и дом держала, и за мужем следила, и ребёнка растила. А она что, не может бросить в стирку пару носков или купить новые? В «Пятёрочке» их полно, по три рубля за пару! Или теперь это модно — ходить, как нищий? Лариса всегда ухожена, с маникюром, а мой сын — в лохмотьях. И это не просто носки, а знак! Знак, что она, похоже, о нём не заботится.
Наутро позвонила подруге Лиде, выговорилась. Она ответила: «Нин, не лезь. Они взрослые, сами разберутся». Взрослые? Тогда почему мой сын выглядит, как бродяга? Лида добавила: «Может, Лариса считает, что это не её дело. Сейчас женщины так живут». Как живут? Я не против, если она карьеру строит, но элементарная забота — это теперь тоже пережиток? Я не требую, чтобы она щи варила, но носки-то поправить можно!
Решила поговорить с Ларисой. Пригласила на чай, без Артёма. Сказала: «Лариса, прости, но как ты допускаешь, чтобы Артём в таком виде ходил? Это же твой муж». Она удивилась: «Нина Сергеевна, он взрослый, сам решает, что носить. Я ему тысячу раз говорила — купи новые». Взрослый? А ты вообще видишь, в чём он ходит? Намекнула, что жена должна следить за таким, но она лишь пожала плечами: «У нас равные права, я не его нянька». Равные права? Когда он в рвани, а она — в новых сапогах?
Теперь не знаю, что делать. То хочу купить Артёму десять пар носков и самой их стирать, лишь бы не позорился. То понимаю — это их жизнь. Предложила сыну: «Артём, если с финансами туго — скажи, помогу». Он рассмеялся: «Ма, да всё в порядке, просто лень было выбросить». Лень? А выбросить сейчас разве сложно? Не знаю, как достучаться до ЛарисИ вот сижу я, смотрю на фотографию Артёма в новеньких носках и думаю: может, правда стоит просто отпустить и принять, что взрослые дети живут по своим правилам, а не по нашим идеалам.