Ну, представляешь, приехали родственники моей свекрови, Татьяны Ивановны, за две недели до Пасхи, и, похоже, собираются задержаться навечно.
Я, Анастасия, уже не знаю, плакать или смеяться. Эти гости — такой «подарочек», будто нарочно решили превратить нашу квартиру в общежитие. А Татьяна Ивановна вместо того, чтобы их немного притормозить, только поддакивает и печет им блины. Муж мой, Артём, делает вид, что это вообще не его забота. Вот я и решила тебе выговориться, потому что интересно, кто первым не выдержит — я или они.
Началось всё с того, что как-то утром я проснулась от грохота на кухне. Ну, думаю, может, Артём решил меня порадовать и яичницу жарит? Как бы не так! Захожу, а там целая делегация: тётя Людмила, её муж Виктор и их дочь Светлана, приехавшие из какого-то забытого богом городка, где, судя по их рассказам, жизнь веселее разве что у почтового ящика. Явились «на Пасху», но, кажется, решили, что праздник длится месяц. Татьяна Ивановна сияет, как новогодняя ёлка, и уже варит им щи. «Настенька, ну как же, родня! — причитает она. — Надо встретить по-доброму!» А я смотрю на их чемоданы в прихожей и понимаю — это надолго.
Тётя Людмила — дама с голосом, как у рыночного зазывалы. Сразу начала жаловаться, что у них в городе всё дорого, а у нас тут «московский размах». При этом принялась осматривать квартиру, будто санэпидемстанция. «Ой, Настя, а почему у вас люстра такая пыльная? А что это за разводы на окнах?» — и тут же лезет в шкаф, проверяя, как я полотенца сложила. Я стиснула зубы, но внутри уже закипала. Виктор, её муж, оказался тише воды — целыми днями сидит в кресле, смотрит хоккей и просит «громкость прибавить». А Светлана, их двадцатилетняя дочь, вообще живёт в телефоне, но при этом успевает опустошить холодильник. Как-то зашла на кухню — а она доедает мой творожок. «Ой, я думала, это для всех!» — говорит. Для всех, да, но не для тебя, Света!
Татьяна Ивановна вместо намёка, что гости — как рыба: через три дня пахнут, только подливает масла в огонь. Готовит, как на банкет: щи, пельмени, жаркое, пироги. А родня, естественно, в восторге. «Таня, ты наша благодетельница!» — причитает тётя Людмила, забирая себе последний кусок торта. Я попыталась намекнуть свекрови: мол, может, хватит их баловать? Но она только руками всплеснула: «Настя, как тебе не стыдно? Они же родные! Раз в сто лет приезжают!» Ну да, и, судя по всему, намерены задержаться ещё на сто.
Артём в этой ситуации — просто мастер бесполезных нейтралитетов. Я ему: «Тёма, поговори с матерью, пусть скажет им, что пора по домам». А он: «Насть, ну потерпи, они же в гостях». В гостях?! Да у нас уже не квартира, а проходной двор! Я даже в душ теперь по расписанию иду, потому что Светлана там часами снимает сторис. А вчера тётя Людмила решила «помочь с уборкой» и так отдраила мою любимую кастрюлю, что теперь в ней всё пригорает. «Я думала, так лучше!» — радостно заявила. Лучше — выкинуть.
Смешнее всего, что они строят планы. Тётя Людмила уже объявила, что хочет остаться до майских, «посмотреть, как у вас тут народ отдыхает». Виктор мечтает с Артёмом на рыбалку съездить, а Светлана просит сводить её в ТЦ, потому что у них «шмотки — как из совка». Я сижу и думаю: когда же они уедут? И главное — как мне дожить до этого момента, не свихнувшись?
Уже начала прикидывать способы их спровадить. Может, сказать, что у нас дезинфекция? Или что мы сами куда-то уезжаем? Но Татьяна Ивановна, кажется, только рада этому нашествию. Вчера вообще предложила устроить пасхальный ужин и позвать соседей. «Пусть все видят, какая у нас дружная семья!» — говорит. Да уж, дружная… Я уже чувствую себя гостем в своей же квартире.
Единственное спасение — чувство юмора. Вечером, когда все засыпают, я наливаю чай и представляю, как напишу книгу «Как выжить при нашествии родни». Там будут главы про то, как прятать еду, сохранять лицо, когда хочется орать, и как не придушить свекровь за её гостеприимство. Но если серьёзно — это временно. Они уедут, и дом снова станет нашим. А пока я просто считаю дни до Пасхи и надеюсь, что тётя Людмила не замахнётся на июнь.
Интересно, у кого-то ещё такие родственники? И как вы с ними справляетесь? Потому что я уже на пределе, но сдаваться не собираюсь. Может, к Пасхе научусь медитации. Или хотя бы прятать творожок так, чтобы Света не нашла.