**Дневник.**
Я уже мысленно собрала вещи — самое необходимое, чтобы уехать с сыном от мужа и его родителей, сбежать из этой глухой деревушки. Нет, я не согласна всю жизнь ковыряться в огороде, ухаживать за их коровами и курами. Они решили, что, выйдя замуж за Виктора, я автоматически стала бесплатной рабочей силой на их подворье. Но это не так. Это не моя жизнь, и я не хочу, чтобы мой ребенок рос в этом захолустье, где единственная тема для разговоров — сколько яиц снесли куры или как ведет себя корова Марта.
Когда я только переехала сюда после свадьбы, все казалось не таким уж страшным. Виктор был внимательным, а его мать, Галина Степановна, и отец сначала выглядели доброжелательными. Деревня была тихая, кругом природа, воздух чистый. Я даже подумала, что смогу привыкнуть. Но очень быстро все встало на свои места. Уже через неделю Галина Степановна сунула мне ведро и сказала: «Арина, иди подои коз. Ты теперь часть семьи, надо помогать!» Ее улыбка до сих пор стоит перед глазами. Я, выросшая в городе, никогда не державшая в руках ничего тяжелее планшета, должна была за вечер научиться доить коз. Это был первый тревожный звонок.
Виктор даже не попытался заступиться за меня. «Мама права, в деревне без работы никто не сидит», — отрезал он, когда я попробовала возразить. Так начались мои будни: подъем на рассвете, кормежка скотины, прополка картошки, готовка на всю семью. Я чувствовала себя не женой, а прислугой без выходных. Если я осмеливалась попросить передышку, Галина Степановна закатывала глаза и вещала: «В наше время бабы пахали с утра до ночи и не ныли!» А Виктор молчал, будто это его не касалось.
Мой сын, ему всего три года, стал единственной отрадой. Смотрю на него и понимаю — он не должен расти здесь, где его будущее либо коровник, либо чужой город, где он всегда будет деревенщиной. Я хочу, чтобы он ходил в хороший садик, учился, видел мир. А здесь? Здесь даже интернет еле ловит, не то что мультики скачать. Когда я заикнулась о кружке английского в райцентре, Галина Степановна фыркнула: «Зачем? Пусть лучше учится сено косить — дело настоящее!»
Я пыталась говорить с Виктором. Объясняла, что задыхаюсь, что это не та жизнь, о которой я мечтала. Но он только пожимал плечами: «Все так живут, Арина. Чего тебе не хватает?» А недавно я узнала, что Галина Степановна уже планирует купить еще одну корову. И, конечно, ухаживать за ней буду я. Это стало последней каплей.
Я начала тихо откладывать деньги. Немного, но на билет до Твери хватит. У меня там есть подруга, пообещала помочь с жильем и работой. Я уже представляю, как мы с сыном садимся в автобус, оставляя позади эту деревню, вечное мычание коров и нравоучения Галины Степановны. Мечтаю о маленькой комнате, где будет только наш уголок, где я смогу работать, а сын — расти в нормальных условиях. Хочу снова чувствовать себя человеком, а не рабочей лошадью.
Страшно? Конечно. Я не знаю, что ждет нас в городе. Хватит ли денег? Смогу ли устроиться? Но я точно знаю: остаться здесь — значит сломаться. Каждый раз, глядя, как сын играет во дворе, я думаю: он заслуживает большего. И я тоже. Я не хочу, чтобы он видел, как его мать смирилась, превратилась в тень, живя чужими правилами.
Галина Степановна недавно бросила: «Ты слишком городская, тебе здесь никогда не стать своей.» И знаете, она права. Я не хочу быть своей в этом мире. Я хочу быть собой — Ариной, которая мечтала о другом. И я сделаю все, чтобы вернуть свою жизнь. Даже если для этого придется тихо собрать вещи и уехать туда, где никто не заставит меня доить коров.