Я уже мысленно собрала сумку с самым необходимым, чтобы уехать с сыном от мужа и его родителей из этой глухой деревни. Нет, я не собираюсь всю жизнь пахать на их коз, коров и бесконечные грядки. Они считают, что раз я вышла за Артёма, то автоматически обязана быть бесплатной работницей на их подворье. Но я так не согласна. Это не моя жизнь, и я не хочу, чтобы мой Алёшка рос в этом захолустье, где единственное развлечение — пересуды о том, сколько молока дала корова Бурёнка.
Когда я только переехала сюда после свадьбы, всё казалось не таким страшным. Артём поначалу был внимательным, его родители, Галина Петровна и её муж, выглядели приветливыми. Сама деревня — зелёные луга, свежий воздух, покой. Я даже думала, что смогу привыкнуть. Но правда открылась быстро. Уже через неделю Галина Петровна сунула мне ведро и велела идти доить коз. «Ты теперь наша, Анастасия, надо помогать!» — сказала она с улыбкой, от которой у меня до сих пор холодеет спина. Я, выросшая в городе, в жизни не державшая ничего тяжелее смартфона, должна была научиться доить козу за вечер. Это был первый звонок.
Артём, как выяснилось, и не думал меня поддерживать. «Мама права, в деревне все трудятся», — отмахнулся он, когда я попробовала возмутиться. С этого начались мои будни: подъём в пять утра, корм скота, прополка огорода, уборка, готовка на всю семью. Я чувствовала себя не женой, а бесплатной домработницей. А если я осмеливалась попросить передышку, Галина Петровна закатывала глаза и читала нотации: «В наше время бабы пахали от зари до зари и носа не вешали!» Артём молчал, будто его это не касалось.
Мой Алёшка, которому всего три года, стал для меня единственной отрадой. Смотрю на него и понимаю — не хочу, чтобы он рос здесь, где его будущее либо ферма, либо город, где он будет чужим. Я хочу, чтобы он ходил в хороший сад, учился, видел мир. А здесь? Здесь даже нормального интернета нет, чтобы скачать мультики. Когда я сказала Галине Петровне, что хочу записать сына на кружок в соседнем посёлке, она только фыркнула: «На фиг ему это? Пусть учится с коровами возиться — пригодится!»
Я пыталась говорить с Артёмом. Объясняла, что задыхаюсь здесь, что это не та жизнь, о которой мечтала. Но он лишь пожимал плечами: «Все так живут, Анастасия. Тебе чего ещё надо?» А недавно я узнала, что Галина Петровна уже планирует расширять коровник и заводить ещё одну тёлку. И, разумеется, вся работа снова ляжет на меня. Это переполнило чашу.
Я начала потихоньку откладывать деньги. Немного, но на билет до города хватит. У меня есть подруга в райцентре, она поможет с жильём и работой. Я уже представляю, как мы с Алёшкой садимся в автобус, оставляя позади эту деревню, коз, коров и вечные упрёки Галины Петровны. Мечтаю о маленькой квартирке, где будет только наш угол, где я смогу работать, а сын — расти в нормальных условиях. Хочу снова чувствовать себя человеком, а не рабочей скотиной.
Конечно, страшно. Я не знаю, что ждёт нас в городе. Смогу ли найти работу? Хватит ли денег? Но одно я знаю точно — здесь оставаться нельзя. Каждый раз, глядя, как сын играет во дворе, я думаю: он заслуживает большего. И я тоже. Не хочу, чтобы он видел, как его мать сгибается под этим ярмом, теряя себя ради чужих ожиданий.
Галина Петровна недавно бросила, что я «слишком городская» и никогда не стану здесь своей. Знаете, она права. Я не хочу быть своей в этом болоте. Я хочу быть собой — Анастасией, которая мечтала о карьере, путешествиях, счастливой семье. И я сделаю всё, чтобы вернуть себе эту жизнь. Даже если придётся собрать вещи и уехать с ребёнком туда, где нас никто не заставит доить коров.