**Личный дневник.**
Всё в нашей с Дмитрием жизни было, как в сказке: два года вместе, а потом — свадьба. Со свекровью, Верой Николаевной, у нас всегда были прекрасные отношения. Она казалась мне доброй, мудрой, её советы я ценила, а мнение — уважала. Мне повезло, ведь она не лезла в наши дела, не осуждала, и её искренняя теплота согревала мне душу.
Свадьбу полностью оплатила Вера Николаевна. Мои родители, увы, переживали трудные времена и могли выделить лишь скромную сумму. Праздник получился чудесным, и я была уверена, что впереди нас ждёт только счастье. Но едва мы успели отойти от свадебного веселья, свекровь устроила нам серьёзный разговор. Её слова прозвучали, как удар обухом по голове.
— Детки, я свой долг выполнила, — сказала она, глядя на нас твёрдым взглядом. — Я вырастила Дмитрия, дала ему образование, помогла жениться. Теперь вы — семья, и, надеюсь, не обидитесь, но через месяц съезжайте из моего дома. Пора вам самим справляться с трудностями. Да, сначала будет тяжело, но станете бережливее, научитесь находить выход. А я… заслужила право пожить для себя.
Она сделала паузу, а после добавила, словно добивая:
— И на меня с внуками не рассчитывайте. Я отдала все силы сыну, и на детей у меня их не осталось. В гости приходите — буду рада, но я — бабушка, а не нянька. Не судите строго. Поймёте, когда до моих лет доживёте.
Я стояла, словно парализованная. Внутри бушевал огонь: обида, злость, отчаяние. Как она могла? Вера Николаевна останется в своей просторной трёхкомнатной квартире в центре Екатеринбурга, а мы с Димой будем мыкаться в съёмной однушке, считая каждую копейку. И ведь часть дома принадлежит ему! Почему мы должны уезжать? А внуки… Разве не каждая бабушка мечтает возиться с малышами? Но, видимо, наша — исключение.
Я ждала, что Дима взорвётся, заступится за нас… но он лишь кивнул и тут же начал искать варианты съёмного жилья и подработки. Я кипела от злости. Мои родители помочь не могут — но почему свекровь, всегда такая заботливая, оказалась такой бессердечной?
Каждый день я мысленно возвращалась к её словам, и боль лишь усиливалась. Как можно вот так просто выбросить нас из своей жизни? Неужели вся её доброта была лишь притворством? Я чувствовала себя преданной. Мысль о том, что нам придётся начинать всё с нуля, пугала. А Дима… Он говорил, что это наш шанс доказать, что мы справимся. Но как думать о будущем, когда почва уходит из-под ног?