**Дневник**
Сегодня я поняла: я лишняя в жизни собственного сына. В семь утра я стояла у двери его квартиры с тёплым борщом и новыми шторами, которые подошли бы к сервизу, купленному мной на прошлой неделе. Но дверь захлопнулась прямо перед моим носом.
Наша жизнь с мужем всегда вращалась вокруг одного человека — нашего сына. Мы родили его поздно, и с первых дней поклялись: он не узнает той боли, что выпала мне в детстве. Я росла без отца, а мать была холодной, как лёд. Моему мальчику я хотела дать всё, чего сама не имела.
Дима стал нашим солнцем. Мы работали без отдыха, брали кредиты, чтобы купить ему квартиру в соседнем доме. Десять лет выплат, но мы справились. На свадьбе я торжественно вручила ему ключи. Его невеста, Лена, и её мать растрогались. Сватья тогда клялась, что «для дочери горы воротит», но в итоге всё легло на нас.
Я помогала им чем могла: готовила, убирала, приносила продукты. Звонила Лена, спрашивала, где лежит сковородка — не она покупала, не она раскладывала. Я делала это с любовью, но в ответ — ни слова благодарности.
А вчера стало ясно: здесь мне больше не рады. Я подошла к дверям с сумками. Ключ не подошёл — замок сменили. Постучала. Дмитрий открыл с лицом, будто вытесанным из камня.
— Мам, ты в своём уме? Семь утра! — бросает он. — Ты вломилась к нам на рассвете и ждёшь благодарности? Это ненормально. Повторится — уедем и даже адрес не оставим.
Дверь захлопнулась. Я стояла, словно оплёванная. Пришлось оставить еду у соседки.
Весь день трясло. Как так? Всю молодость отдала ему. Не жила для себя. Думала, они нуждаются во мне. А оказалось — я мешаю.
Теперь говорят: «Родители ничего не должны». Но мы с мужем — не такие. Мы отдали всё. А теперь — «мам, не лезь». Даже спасибо не сказали.
А ведь Дима никогда так не говорил. Это Лена. Это она поменяла замок. Это она убедила его, что моя любовь — это контроль.
Иногда думаю: может, я сама виновата? Надо было отступить? Но как не помочь, если можешь облегчить им жизнь?
Теперь сижу и не знаю, как жить дальше. Мой мальчик, ради которого я дышала, отвернулся. И всё из-за чужой женщины, которая решила, что я лишняя.
А самое страшное — он даже не понял, как больно мне сделал…