Мне 62, ему 68. Мы разводимся… После 35 лет брака.
Знаешь, меня зовут Галина Ивановна, мне шестьдесят два. Моему мужу, Валерию Петровичу — шестьдесят восемь. Прожили мы душа в душу больше тридцати пяти лет. Казалось бы, всё налажено: дети взрослые, в доме — память о годах, впереди — тихая старость вдвоём. Я думала, у нас всё в порядке. Да, быт заел, романтики мало, но мы же семья.
На Новый год дети, как всегда, оставили нам своего кота Барсика и махнули праздновать куда-то в Сочи. Мы с Валерием остались вдвоём. В один из этих долгих выходных он заявил, что хочет съездить в родную деревню под Тверью — навестить могилы родителей, заодно заглянуть к сестре. Я проводила его без лишних расспросов.
Прошла неделя. Он вернулся — вроде ничего необычного. А через пару дней вдруг спокойно так, будто о погоде, объявил, что подал на развод. «Я больше не выдерживаю. Встретил человека, который меня понимает. Кто сможет… исцелить».
Я обомлела. Сначала решила — шутит. Но он говорил абсолютно серьёзно. Оказалось, пока я возилась по дому, гладила его рубашки и варила щи, он возобновил связь с давней любовью — женщиной, с которой встречался ещё до нашей свадьбы. Она нашла его через соцсети. Живёт в том же городе, что и его сестра. И когда он поехал «на могилки», на самом деле три дня провёл у неё.
Она вдова. И, по его словам, у неё «всё есть»: трёшка в центре, домик в Подмосковье, пара иномарок и… дар ясновидения. Мол, практикует всякие энергетические штуки, лечит травами, делает массажи, читает ауры и, как он выразился, «видит болезни на тонком уровне». Даже рак на ранней стадии, говорит, может «убрать».
Она пообещала ему здоровье, заботу и, в довесок, подмосковную дачу с машиной — если разведётся и женится на ней. Вот так, за три дня, рассыпалось всё, что мы строили годами.
Он требовал, чтобы я бежала в ЗАГС и подавала на развод. Я отказалась. Сказала, что в этом балагане участвовать не буду. Тогда он сам подал документы. О заседании суда я случайно узнала от знакомой из суда. Пришла, в шоке, требую объяснений.
А он в иске написал, что мы «уже шесть лет не живём вместе» и «пятнадцать лет не спим в одной постели». Сплошная ложь. Да, мы отдалились, стали скорее соседями, но жили в одном доме, делили быт, общались, решали общие проблемы. И я не могу понять, как человек, с которым прошла всю сознательную жизнь, мог так легко вычеркнуть меня ради какой-то знахарки с эфирными маслами и обещаниями «почистить карму».
Сейчас жду суда. Сплю ужасно. Порой не могу даже встать с кровати. Всё рушится. Не сам развод страшен, а вот это предательство. Он живёт в нашей квартире, но говорит со мной, как с чужой. Холодно, отстранённо, будто я ему в тягость, будто всё это время терпел. А когда я, как последняя дура, попросила его одуматься, он только пожал плечами: «Галя, мы давно чужие. Я хочу быть с теми, кто меня ценит».
Мне страшно. Не за себя. За ту женщину, которая была со мной всю жизнь — ту, что теперь в зеркале не узнаю. Как жить, если всё, что казалось нерушимым, оказалось миражом? Когда ты шестьдесят два года была женой, а за одну зиму вдруг превратилась в никому не нужную старушку?…