Меня зовут Светлана. И вот я, как буриданова ослица, мечусь между двумя крайностями: с одной стороны — родная сестра, с другой — любимый муж. Сердце ноет, а голова отказывается выдавать разумное решение.
Моя старшая сестра Ольга с детства относилась ко мне… скажем так, с особым чувством. На четыре года старше, она вечно ревновала меня к родителям. Уверяла, что мне достаётся больше кукол, конфет и красивых платьев. Хотя мама с папой любили нас одинаково — просто я умела радоваться мелочам, а Оля воспринимала всё как должное.
Помню, как она отнимала у меня куклы не чтобы играть, а чтобы довести до слёз. И с годами её характер не изменился.
Когда я познакомилась с Денисом — моим будущим мужем, Ольга стала ещё холоднее. За моей спиной шептала родителям, что наш брак — ненадолго. Мне тогда было 23, Денису — 25. А Оле — уже 27, и никаких перспектив на личный фронт.
После свадьбы мы какое-то время жили у его мамы. Но та внезапно вышла замуж за грека и укатила в Салоники, оставив нам свою «двушку» в Краснодаре.
А через пару лет умер дядя Дениса и оставил ему ещё одну квартиру — в центре. Так у нас оказалось два жилья.
Одну квартиру мы сдали, а деньги с аренды стали откладывать на учёбу сына Игоря. Ему 11, и мы понимаем — институт не за горами.
А Ольга, словно назло, после моей свадьбы выскочила замуж за первого попавшегося — за Славу. Лентяя и безответственного типа, который перебивается случайными подработками. Но сестра всё равно родила ему троих детей. Впятером они ютились в малосемейке, купленной на материнский капитал и скромную помощь родителей.
Мне всегда было жалко племянников: вечно неухоженные, в старых вещах, то простуженные, то с отравлениями. Родители помогали Оле, но какие у пенсионеров возможности?
Мы с Денисом полтора года скрывали, что сдаём квартиру. Но шила в мешке не утаишь — в конце концов, Ольга всё узнала.
И вот в один прекрасный день она примчалась ко мне с драматичной речью:
— Света, ну ты же не железная! — всхлипывала сестра. — Мы тут как кильки в банке, а у вас целая квартира пустует! Рядом с ней лучшая музыкалка в городе — Степа мечтает на скрипке играть, а Настя — в балетную школу! Ну помоги! Пусти нас пожить, а там Слава работу найдёт, я выйду — и будем платить! Мы ведь семья!
Слушая её, я чувствовала жгучую жалость к детям и леденящий страх за наше будущее.
Я рассказала всё Денису.
— Да ни за что! — рявкнул он. — Они квартиру разнесут в щепки, а денег мы не увидим! Их Слава работу найдёт? Да он за десять лет нигде дольше месяца не задерживался! А твоя сестра ещё четвёртого родит — лишь бы не работать!
Я пыталась уговорить его, мол, им просто тяжело, это временно.
— Ты сама в это веришь? — фыркнул Денис. — Дай им палец — всю руку отгрызут. Нет! Я уже новых арендаторов ищу!
Наутро Ольга позвонила:
— Мы почти собрались! Осталось пару коробок — и мы у вас! Готовься!
Я сидела с телефоном в руках, не зная, что ответить. Не сказала, что зря они пакются… Не сказала, что мы не пустим.
Боюсь расстроить маму — у неё давление. Любой стресс может кончиться плохо.
Боюсь окончательно разругаться с сестрой — и в то же время боюсь испортить отношения с мужем.
Я перед выбором, который раздирает меня на части.
Сердце шепчет: помоги родной крови. Но память напоминает: Ольга всегда только брала, ничего не отдавая взамен.
А Денис… Он был со мной в огне и в воде. Поддерживал, помогал, строил нашу жизнь. И теперь просит об одном — защитить наш дом, нашу семью, наше будущее.
И я понимаю: как бы ни было тяжело, придётся сказать «нет».
Придётся найти в себе силы отказать сестре. Пусть злится. Пусть ненавидит. Я выбираю мужа, сына, наш дом.
Но как же больно делать этот выбор… Как горько осознавать, что родной человек может поставить тебя перед такой жестокой дилеммой…