Сердце моё сжимается от боли и стыда за родного сына. Пять лет назад мой сын, Артём, разорвал свою семью, предав жену, которая днями и ночами ухаживала за их крошечными двойняшками. Пока Светлана, моя бывшая невестка, не спала, укачивая малышей, он втихаря строил новую жизнь с другой. Я, Галина, живу в Екатеринбурге и до сих пор не могу принять его поступок. Его новая избранница, Анастасия, для меня — воплощение разрушенного счастья, и я отказываюсь её признавать. Мой сын теперь словно чужой, и я не знаю, хватит ли у меня сил когда-либо простить его.
Пять лет назад Артём развёлся со Светланой. Их двойняшкам тогда было всего несколько месяцев. Позже я узнала, что он изменял жене, пока она, измотанная бессонными ночами, отдавала всю себя детям. Его любовница — молодая, напористая Анастасия — поставила условие: или развод, или она уходит. И Артём выбрал её. Светлана осталась одна с двумя младенцами, а я не могла смотреть на её муки. Душа моя рвалась от мысли, что мой сын способен на такую низость — бросить семью ради новой страсти. Разве можно строить своё счастье на чужой беде?
Я сразу сказала Артёму, что никогда не приму Анастасию. Он ошибался, если думал, что я смирюсь с его предательством. Но сын не послушал. Через год он сделал ей предложение, и они сыграли свадьбу. Я не пришла — мне было стыдно за него. Как мать, я не могла видеть, как он рушит всё, что было дорого нашей семье. Теперь Артём и Анастасия живут в съёмной квартире в центре города и растят своего ребёнка. Я знаю, что это мой внук, но каждый раз, когда думаю о нём, в горле встаёт ком. Мои настоящие внуки — двойняшки — живут со Светланой, и я люблю их всем сердцем. Для них я готова на всё.
С Артёмом мы почти не разговариваем. Я звала его на Новый год, надеясь, что он приедет один, но он отказался, сказав, что без Анастасии не придёт. А я не хочу её видеть — ни сейчас, ни никогда. В то же время Светлана с радостью приняла моё приглашение. Мы прекрасно ладим, и она стала мне как родная дочь. В праздник мы собрались в тесном кругу: дети пели песни, а Светлана помогала мне готовить ужин. Глядя на неё, я видела, как сильно она пострадала. Она отдала себя детям, забыв о собственных желаниях. Её жизнь — это бесконечные хлопоты, и мне больно за неё.
Светлана не смотрит на других мужчин, не может забыть прошлое. Я не раз заговаривала с ней об этом, но она всё ещё не оправилась от удара. Теперь наша жизнь такова: мы держимся друг за друга, я помогаю ей с детьми, а она зовёт меня второй мамой. Это греет душу, но не унимает боль. Мой сын даже не позвонил, чтобы поздравить с праздником. Я спрашиваю себя: поймёт ли он когда-нибудь, сколько горя принёс? Смогу ли я простить его за то, что он разрушил семью и оставил детей без отца? Жизнь уже не станет прежней, но я благодарна за Светлану и внуков — они дают мне силы идти дальше, несмотря на всю горечь и боль.