Сегодня раздался звонок в дверь. Открываю — на пороге стоит вся в слезах моя свекровь. Оказалось, та самая любовница обчистила их как липку…
Пятнадцать лет назад мы с Денисом сыграли свадьбу. Его мать сразу дала понять — подругами нам не быть. Я приняла это. Жили душа в душу, вот только детей Бог не давал. Десять лет молитв, отчаяния и надежд… Но судьба смилостивилась: сначала родился Алёша, а через пару лет — Ладушка.
Жизнь шла своим чередом. Денис вырос до начальника крупного завода. Я полностью погрузилась в дом, детей. Моей мамы рядом не было — она жила в Воронеже. А свекровь… За все эти годы её отношение ко мне не смягчилось. Для неё я так и осталась “хитрой лисой”, укравшей её сына. Она грезила, будто Денис женится на “хорошей девочке” — той самой, что она сама ему прочила. Но он выбрал меня.
Жили, не тужили. Я научилась не замечать её колкости. Пока однажды всё не рухнуло.
Тот день помню как сейчас. Только вернулись с детьми с прогулки. Малыши копошатся в прихожей, а я иду на кухню греть чай. Вдруг замечаю на тумбе листок. Подхожу — и сердце замирает. Вещей Дениса нет.
На бумажке небрежный почерк:
“Прости. Полюбил другую. Не ищи. Ты справишься. Так лучше для всех.”
Телефон не отвечал. Ни звонка, ни слов. Просто испарился. Оставил меня с двумя малышами на руках.
Не знала ни где он, ни кто та “другая”. В отчаянии позвонила свекрови. Ждала хоть каких-то объяснений. Но услышала лишь:
“Сама виновата. Я же сразу знала, чем это кончится. И ты должна была догадаться.”
Голос её звенел злорадством.
Что я сделала не так? Но разбираться было некогда — дети ждали, а денег в доме гроши. Денис не оставил нам ни копейки.
Работать было некому оставить малышей. Вспомнила, как раньше писала курсовые за деньги. Так и выживали. День за днём — борьба за кусок хлеба. Полгода — ни слуху ни духу.
А вчера — поздний звонок. Кто в такую пору? Соседи?
Открываю — обмираю. На пороге свекровь. Вся промокшая, глаза красные.
“Пустишь?” — шёпотом спрашивает.
Автоматом пропускаю её.
За столом, всхлипывая, она рассказала всё. Та самая “любовь” оказалась проходимкой. Обобрала Дениса до нитки, оформила кредиты и смылась, прихватив даже мамины украшения.
Теперь и свекровь в беде — заложила квартиру, чтобы вытащить сына. А банк грозит выселением.
“У нас ничего не осталось… Помоги… Мне некуда идти…”
Смотрит на меня, как побитая собака.
Сижу, пальцы в замок. В голове мелькают все её колкости, презрительные взгляды, годы, когда я чувствовала себя лишней в его доме. И вот теперь она здесь?
Часть меня рвётся крикнуть: “Получай по заслугам!” Но другая — та, что помнит о доброте, о детях — не даёт озлобиться.
Молчу. Глаза на мокром месте.
Что важнее — отплатить или простить?
Пока не решила… Просто встала, поставила перед ней чашку чая.
Потому что иногда быть человеком — значит поступить не так, как хочется… а как должно.