После родов свекровь окружила меня такой нежностью, что слезы сами катились по щекам. А мама даже не удосужилась позвонить.
Есть в народе поговорка: «С глаз долой — из сердца вон». Каждый раз после разговора с матерью я вспоминаю эти слова. Кажется, она забыла, что у неё не только сын, но и дочь. Как иначе объяснить её холодность?
После школы я уехала из родного села — там не виделось будущего. Хотелось пробиться в городе, поступить в университет, обрести профессию. Там же встретила мужа, вышла замуж, родила ребёнка. И если бы не свекровь с тестем, пришлось бы туго.
Они помогли с первым взносом за квартиру. Два года мы жили у них, копили на своё жильё. Было непросто, но справились. Свекровь стала мне родной — поддерживала, учила. Но я мечтала о своём углу. Не из-за нелюбви, просто хотелось, чтобы у нашей семьи было своё пространство.
А мама… Она словно вычеркнула меня из жизни. Редкие звонки — только чтобы посетовать на судьбу или рассказать очередную историю про брата. Ни разу не спросила, как у меня дела. Зато я знала, какие у него оценки, какие кроссовки носит и как вырос за лето. Ещё со студенческих времён это вошло в привычку. Её не интересовали мои экзамены, зато пятёрки брата по физкультуре — повод для гордости.
Я смирилась. Но когда мы с мужем наконец взяли ипотеку, позвонила ей — поделиться радостью. И что же? Она едва слушала. У неё было важнее: брат женится!
«Представляешь, такая славная девушка! Дочь тёти Гали, помнишь? Через месяц свадьба! Столько хлопот!»
Она с восторгом трещала о банкетном зале, платье, гостях… А перед моей свадьбой твердила, что это — пустая трата денег. В итоге даже не приехала, сославшись на недомогание. Мне до сих пор кажется, она просто не захотела.
Брату было девятнадцать, невесте — восемнадцать. Откуда у них деньги? Видимо, мама с тётями сложились. А нам бросили: «Приезжайте, если получится». Мы не поехали. Работы было много, да и не хотелось. С братом мы никогда не были близки, а на маму затаила обиду.
Прошло полгода. Мама снова позвонила — не спросить, как мы, а сообщить: купили брату с женой квартиру рядом с ней.
«Кредит? Нет, мы продали бабушкину квартиру, тесть помог, тёща — всё собрали!»
Бабушкина квартира… Она всегда говорила, что оставит её себе — будет сдавать на старости. Когда мы ютились в съёмной квартире с ребёнком, ей даже в голову не пришло нам помочь. Ни копейки. А тут — подарки, забота…
Но хуже всего было, когда я забеременела. Мне было страшно. Так хотелось, чтобы мама была рядом. Хоть ненадолго. Я готова была оплатить ей дорогу — лишь бы приехала. Но она отказалась. У внучки (дочки брата) сопли, и она осталась с ней. У невестки, наверное, тоже есть мать. Но это неважно.
Свекровь сразу всё поняла. Она примчалась в роддом, обняла, помогла собрать вещи, навела порядок дома. После родов не отходила ни на шаг — кормила, убирала, гуляла с малышом, а я лежала и плакала. От благодарности. А мама? Она ответила на смс о рождении дочки одним словом: «Поздравляю». И всё. Ни звонка. Ни вопроса, как я, как ребёнок, как роды прошли.
Прошло две недели — ни звука. Потом она всё же позвонила. Но только чтобы похвастаться: «Малышка уже почти пошла!» Речь о внучке — дочке брата. Я молча положила трубку. С тех пор не звоню. И она — тоже.
Может, так и лучше. Устала чувствовать себя чужой. Видимо, мама считает, что у неё один ребёнок и одна внучка. Пусть. Только сердце от этого не перестаёт ныть…