Наконец-то в моей жизни появилось что-то личное — но моя дочь считает меня ненормальной и запретила видеться с внучкой.
Всю себя я отдала дочери. Потом — внучке. Никогда не роптала, не просила ничего взамен. Но, кажется, они обе забыли, что я не просто бесплатная нянька и кухарка. Я — женщина. С душой, желаниями и правом на радость.
Мне был двадцать один, когда я вышла замуж. Мой Игорь — человек тихий, работящий. Жили скромно, но мирно. Когда дочке исполнилось два года, он уехал в рейс — развозил грузы на фуре. Вернулся ли? Нет. Погиб. Как — мне так и не объяснили. Осталась одна с маленькой Алисой на руках.
Родители мужа уже ушли, мои жили далеко. Ждать помощи было неоткуда. Спасением стала оставшаяся от Игоря квартира. Пробовала работать дома — занималась репетиторством, ведь по образованию я учитель. Но поверьте, вести уроки, когда по дому носится капризный ребёнок, — задача не для слабых.
Потом мама забрала Алису к себе. Почти два года она жила у бабушки с дедушкой, пока я крутилась, как белка в колесе. Работала в школе, по вечерам брала учеников. Каждые выходные мчалась к дочке. И каждый раз, уходя, чувствовала, как сердце крошится.
Когда Алиса пошла в садик, я молилась, чтобы она не болела — сидеть с ней было некогда. К счастью, дочь оказалась крепкой. Потом школа. Потом институт. Я тянула всё одна. С утра до ночи работала, чтобы обеспечить её одеждой, едой, курсами.
Когда она окончила учёбу и устроилась, я впервые подумала: всё. Я свободна. Только свободна — значит, пусто. Родителей нет, подруг не завела, вся в хлопотах. Даже кот стал единственным, с кем разговаривала.
А потом родилась Машенька. Я переехала к дочери за пару месяцев до родов — помогала с приданым, готовкой, собирала сумку в роддом. Потом полностью взяла на себя заботу о малышке — Алиса быстро вышла на работу.
Но я не роптала. Наоборот — ожила. Снова чувствовала себя нужной. Когда Маша пошла в школу, я забирала её после уроков. Мы ужинали, делали домашку, гуляли в сквере. На одной из таких прогулок встретила Сергея.
Он тоже был дедом — растил внучку. Его история напомнила мою: рано овдовел, помогал дочери. Стали разговаривать. Разговоры затягивались. А потом он предложил встретиться… без детей. На чай.
Честно? Растерялась. Последний раз меня звали куда-то лет тридцать назад. Но согласилась. Так в мою жизнь вернулся свет. Ходили в кино, в музеи, просто бродили по городу. Снова почувствовала себя женщиной.
Но дочь не поняла. Алиса позвонила как-то утром:
— Мы с Димой хотим съездить к друзьям. Оставим Машу у тебя на выходные, ладно?
— Прости, родная, но я уезжаю на пару дней. Надо было предупредить заранее.
— Ты что, опять с этим… Сергеем? — прошипела она.
Я опешила:
— Алиса, что за тон? Ты же знаешь, я всегда с Машей. Но я не вечная няня.
— Ты вообще забыла про внучку! Ещё недавно твердила, что личная жизнь не нужна, а теперь шляешься по выставкам!
— Да, шляюсь, — ответила я ровно. — Потому что живу. Потому что счастлива. И думала, ты порадуешься за меня.
— Порадоваться?! Ты променяла внучку на какого-то деда! Займись лучше собой, мам, у тебя крыша поехала! Больше Машу к тебе не привезу, пока не очухаешься!
Я сидела, не веря своим ушам. Всю жизнь отдала ей. Бросила всё ради её будущего. Подняла одна. Поддержала. Вынянчила её ребёнка. А теперь я — «поехавшая бабка», потому что осмелилась на счастье?
Рыдала всю ночь. Сергею ничего не сказала. Он просто обнял и прошептал:
— Ты имеешь право жить. Любить. Быть любимой.
Но внутри всё сжалось. Не представляю жизнь без Алисы. Без Маши. Страшно, что потеряю их навсегда. Надеюсь, дочь одумается и позвонит. Поймёт — её мама не перестала быть бабушкой. Просто стала женщиной, у которой после долгих лет наконец-то появилось своё солнце.
Разве я не заслужила это право?..