— Ну вот, опять не приедет… — с грустью вздыхает Татьяна Ивановна. — Мы с супругом уже даже не переживаем, смирились. Каждый раз одно и то же: сначала обещает, потом молчит.
— В чём причина на этот раз? — интересуюсь я. — Опять невестка не пустила? Кажется, у вас с ней и раньше не складывалось…
— Может, и не пустила. Хотя сын прямо не говорит, что это её воля, но всё понятно… Раньше приезжал чаще. А теперь — ничего. Она его крепко держит. Даже крышу теперь, наверное, латать будем с чужими людьми — сын, оказывается, не может вырваться на день, — с обидой в голосе замечает Татьяна.
Речь о её сорокалетнем сыне Денисе. Он уехал из родного села лет десять назад, устроился в городе, работает автомехаником. Раньше сам всё чинил, теперь только руководит. Женился, приобрёл квартиру. Всё сам. Жену, Галину, встретил поздно — оба были уже не молоды.
— До него у неё серьёзных отношений не было, — продолжает Татьяна. — И я понимаю почему. Нрав у неё… тяжёлый. Сразу не сошлись. Я пыталась, честно. Но она… будто изначально решила, что я ей не угодила.
— Я пару раз слышала её по телефону, — вступает соседка. — Так будто издёвка в каждом слове. Не пойму, что сын в ней нашёл.
Галина почти не общается со свёкрами. Раз в год, если она “разрешит”, Денис может к ним заехать. И то — один. В этом году обещал приехать весной — помочь с крышей. Билеты купил. Но невестка, как выяснилось, всё испортила.
— Она беременна, — с досадой говорит Татьяна. — Теперь, видите ли, нельзя её оставить. Хотя взрослая женщина, фельдшер — чего ей бояться? Уже две недели капает ему на мозги. Он сначала отнекивался, а потом…
— И что, он теперь её за ручку водит? — сердито качает головой муж Татьяны. — У неё же родители рядом — пусть помогают. Почему он должен из-за неё от всего отказываться?
— Вот именно! — подхватывает Татьяна. — Уверена, её мать тут науськивает. Мол, не отпускай, а то вдруг передумает и вернётся к родителям. Её младшая сестра, между прочим, так и осталась с ребёнком одна. Теперь у родителей живёт.
— Но Денис ведь не такой, — возражаю я. — Он ответственный. Да и почему им вместе не приехать?
— Да что ты! — машет рукой Татьяна. — Галина ни за что с ним не поедет. Муж однажды ей позвонил — так она устроила истерику, что он мне велел вообще сыну не звонить. Бесполезно.
— А что она сказала?
— Что мы его эксплуатируем. Что отрываем от семьи. Что у неё нет сил с нами бороться. Что отпуск он должен проводить с женой и ребёнком, а не “уделять внимание старикам”. И что наш дом ей не нужен — оставьте себе.
— Наглость! А сын что?
— Говорит, что ни при чём. Что не хочет конфликта. Что переживает за её состояние. Я всё понимаю. Но разве это справедливо? Мы его подняли, дали всё, что могли. А теперь он и на день приехать не может?
Муж Татьяны не выдержал. В сердцах сказал сыну, что больше ждать не станет — наймёт рабочих, сделает сам. А Денис пусть сидит с женой, раз она теперь для него важнее.
— Только он не понимает, — тихо замечает Татьяна. — Жён может быть много… А родители — одни. И вечными они не бывают.